Денетория. Золотой дракон

— Послушай, ты, воинская подстилка, не смей указывать, что мне делать! Гир не давал команды вас кормить — значит, будете голодными, а умереть, — громила с усмешкой взглянул на гнома, — умереть вы можете хоть сейчас, мне совершенно всё равно, что с вами будет.

Здоровяк прочистил горло, и влил в него остатки бренди.

— Я пришёл к вам за другим делом. У меня есть предложение, — разбойник в упор взглянул на Анарию. — Ты идёшь сейчас со мной в палатку, а через часик можешь быть свободна и валить на все четыре стороны.

Лицо Анарии стало пурпурно-красным от гнева. Было понятно, что не будь у неё связаны руки, она бы разорвала в клочья насмехающегося над ней бандита.

Здоровяк лишь усмехнулся:

— Спрашивать, согласна ты или нет, я не стану, потому что выбора у тебя всё равно нет.

Разбойник направился в сторону Анарии, и уже готов был схватить девушку за руки, как вдруг неожиданно отступил назад и пошатнулся. За спиной громилы вырисовался силуэт человека.

— Никто не смеет трогать моих друзей! Ты, вонючая падаль, как и весь ваш оплот, подписали себе смертный приговор! — процедил сквозь зубы Килан.

Острый клинок насквозь пронзил тело бандита, и тот рухнул на землю, не издав ни единого стона.

— Килан! — почти в один голос прокричали пленники.

— Тише, друзья, с разбойниками ещё не покончено.

— Но где ты был, мы так волновались… — начала было Анария, но он не дал ей закончить.

— Обо всём потом, сейчас я освобожу вас.

— Да, — быстро подумав, ответил Тардор, — оно вроде бы в том крайнем возе, возле которого валяется разбойник.

— Что ж, он, наверное, пьян, значит, оружие забрать труда не составит, — взгляд Килана вдруг остановился на маге. — А что с Меагорном?

— Без сознания, но жив. Во время захвата его слишком сильно саданули по голове, — объяснил Форин.

— Экрон, позаботься о нём, тихо вынеси из лагеря, мы тут и сами справимся, — приказал Килан.

Экрон кивнул.

— Остальные, смотрите, всего разбойников осталось девять, было тринадцать, но с троими караульными я расправился. Этот дамский обольститель тоже уже никому вреда не причинит. Все они мертвецки пьяные, и я думаю, добить их не составит никакого труда. Разделимся и по-тихому зачистим лагерь.

Воины быстро рассредоточились по всему лагерю.

Гир уже перестал поддерживать беседу с беззубым и начинал медленно клевать носом.