Последний Паладин. Том 6

До того момента изнутри выйти невозможно, как и полноценно пользоваться базами. Как ты и просил, всевидящий глаз Империи закрыт.

— Но не для нас, — с полуулыбкой констатировал Герцог Фон Грэйв, но его настроение слегка подпортилось, когда его взгляд упал на все еще сидящего перед ним одноглазого.

Вид изуродованного слуги отрезвлял разум и напоминал о том, что не все идет гладко, хоть и готовилось долгие годы с просчетом до мелочей.

— Что по терминалу? — отложив сигару, продолжил допрос Герцог.

— В Обители его нет, — констатировала Октавия, которая от скуки подошла к гардеробной зоне и с брезгливым выражением на лице отбрасывала на пол одно платье за другим.

— То есть Аглая солгала и не стала его прятать, — заключил Фон Грэйв, — тогда работаем по основному плану. Не высовывайся…

— Не лезть на рожон, не привлекать внимания, поняла, — буркнула Октавия, — блин, и почему они все красные?! Безвкусица.

Герцог Вильгельм Фон Грэйв посмотрел на часы и взял в руки бокал красного вина, которое как раз подышало достаточное количество секунд.

С наслаждением он отпил напиток и расслабленно закатил глаза.

— А вот вино здесь недурное, — констатировал Герцог, — напомни отправить бочку Герцогу Фон Лэйку, я обещал ему гостинец.

— Ох, правда, вкусное?! — азартно вынырнула из горы одежды Октавия и, взяв свой бокал, отпила и довольно выдохнула, — а ты прав, отец. Сегодня же отправлю.

И в этот момент за окном вдруг раздался взрыв. Здание тряхнуло звуковой волной, которая потрескала стекла, и ощутимой вибрацией прошлась по всему зданию.

Черноволосая со сверкающими глазками подскочила к подоконнику и с придыханием объявила:

— Ого! Маркус пришел.

— Вот как, — со вздохом отставил бокал Герцог, — выходит, след ты все-таки оставил, — констатировал он, холодно глядя перед собой, и хрустнул безымянным пальцем левой руки.

Костяной перстень мигнул черной вспышкой, и сидящий перед Фон Грэйвом одноглазый слуга навечно исчез из этого мира.

***

— Ну и нафига так шуметь? — укоризненно покачал я головой, увернувшись от очередной невидимой «ракеты».

«Ракета», представляющая из себя вытянутый тепловой сгусток энергии, просвистела мимо, вонзилась в беседку и разорвалась красивым фейерверком с искрами, грохотом и стихийным огнем.

И сквозь облако дыма, щепок и огненных искр на меня вдруг начал бежать одаренный. Скорость гепарда, зоркость орла, сила медведя.

Грозный противник, если бы не ум от улитки.