Путь Могучего

— Какой смысл сосредотачивать такую бешенную власть в нескольких руках?

— Давай завязывать на такие темы говорить, хорошо? — попросил Голицын и налил в остывший кофе целую рюмку рома. — Я слышал, что когда-то трибуналы, когда ещё не были таковыми, сохранили нашу империю от чего-то очень плохого. Но ты натолкнул меня на одну мысль. А почему не поговорить с самим имперским палачом, а?

— Вот видите, — приободрился Оболенский. — Уже и план действий нарисовался.

— А то, — согласился полковник. — И ещё. Приставьте к Руслану Могучему соглядатаев.

Я всё-таки хочу узнать, в какую задницу он Тайнопись засунул, что она теперь не отсвечивает!

От автора: дорогие друзья, акция. Давайте наберём 500 лайков, и почитаем завтра дополнительную главу:) Дополнительное задание: как бы вы назвали жёлтую рыбу на лапках? Делитесь в комментариях:)

Глава 10

Перед тем, как встретиться с незнакомцем, с которым о чём-то договаривался предыдущий владелец тела, я решил заехать в свою новую квартиру. Хотя бы убедиться в том, что там можно жить.

И уже перед самым выходом из особняка моего отца меня остановил камердинер.

— Руслан Дмитриевич, — сказал он негромко и с таким видом, словно мы были соучастниками в каком-то заговоре. — У меня есть к вам одна просьба.

Я быстро отыскал в памяти имя слуги. Его звали Арман, француз по происхождению. Мне почему-то показалось, что ему очень важно донести до меня свою мысль.

— Я слушаю тебя, Арман, — ответил я, внимательно наблюдая за мимикой прислуги.

— Знаю, что вы собрались уходить, — сказал он всё тем же заговорщицким полушёпотом.

— И вы имеете полное право забрать с собой одного слугу, — тут я уже догадался, что он хочет сказать, но предпочёл дослушать, не прерывая. — Хотел бы попросить, чтобы вы забрали меня. Я буду служить вам верой и правдой и смогу собрать вам штат на новом месте.

— Отлично, — кивнул я ему, утверждая кандидатуру. — Прислуга на новом месте мне пригодится, Арман. Вы приняты. Но почему вы хотите уйти?

Тут я решил, что право правом, но с отцом мне ещё придётся объясниться за камердинера.

Впрочем, искать сейчас кого-то надёжного, у меня и впрямь желания, да и времени не было.

— Не знаю, как сказать, — ответил на это Арман. — Я видел, как вы растёте почти с самого детства. И привык к вам, ваше благородие.

Я чувствовал, что он не говорит всей правды, но, скорее всего, это было связано, что он просто не мог сказать чего-то предосудительного в адрес какого бы то ни было члена моей семьи.

— Принято, — ответил я.