Путь Могучего

Выпученными глазами она смотрела на что-то в другом конце палаты.

— Так вот ты какой, живоглот, — произнёс я и посмотрел туда, куда так заворожённо глядела тварь, по сути сидящая на моём плече.

В чём-то я оказался прав. Над моей сестрой сидел ровно такой же монстр. Но, если мой был желтоватого цвета, то над Вероникой расположился ярко-красный. И он держал зубами какой-то сгусток. Тот трепыхался, словно пытался вырваться.

И тут до меня дошло, что этот самый сгусток — ничто иное, как душа моей сестры Вероники.

И не может она вернуться в тело, несмотря на все усилия Пирогова, потому что её держит живоглот.

Дёрнувшись было к красному монстру, я понял, что понятия не имею, как нужно действовать. Что нужно сделать, чтобы живоглот отпустил душу? Вероятно, нужно как-то ударить его?

Я невольно прикоснулся к тому, что сидел на моём плече. Мне просто надо было понять, какой он на ощупь. Может быть, надавить, чтобы понять реакцию.

Но вместо этого я почувствовал лютую ненависть. Такую сильную, что даже отдёрнул руку.

А снова глянув на своего живоглота, понял, что это эмоция направлена не на меня, а на ту тварь, что схватила душу Вероники.

«Ага, — подумал я, — мне это полностью подходит».

Я снова прикоснулся к живоглоту, но на этот раз руку не отдёрнул, хотя, казалось, ненависть в нём только усилилась.

— Иди, прогони её, — сказал я ему и хлопнул по шкуре, которая, кстати, больше была похожа на кожу животного, чем на рыбью чешую, только на морщинистую кожу и покрытую множеством наростов.

— Что ты сказал? — спросил меня Борис, и тут я понял, что разговаривал с живоглотом вслух.

— Я говорю, надо прогнать смерть, — ответил я, открыв глаза, чтобы меня не посчитали сумасшедшим.

— Я пытался, — развёл руками Борис, но твою сестру словно затягивало куда-то.

Я вижу, куда её затягивало. Хорошо, что не полностью затянуло. Надеюсь, есть шанс вернуть Веронику.

Второй раз магический взор получился у меня куда быстрее, не нужно было специально медитировать несколько секунд.

И, увидев Лимб, я тут же увидел осуждающий взгляд живоглота, который словно говорил мне: «Ты меня за дурака что ли держишь? Я сейчас двинусь прогонять ту, а ты от меня сбежишь. Нет уж, сижу. Сижу и злюсь!»

«Нет, дружок, — я не знал, слышит он мои мысленные речи или нет, но решил попытать счастья, хотя, если надо будет, скажу и вслух. — Давай-ка сходи, прогони эту тварь, а я тебя тут подожду. Только сделай так, чтобы она добычу свою выпустила».