Даже Смерть знает мое имя 3

— Я же женщина, да? — мрачно выдал ректор, видимо только сейчас обратив внимание на свой внешний вид. Да этого он явно просто охреневал от того, что произошло.

— Ага, и, кажется, не просто женщина, а эльфийка, если судить по вашему остроконечному уху, выглядывающему из волос, — заметил я.

— Эльфийка?! — вытаращил глаза граф, схватившись за свои ушки тонкими музыкальными пальцами. — Они существуют?

— Для тех, кто ещё не понял, мы в другом мире. Здесь все, что угодно может существовать, даже честные стражники. А вообще, ваше сиятельство, для вас всё могло быть хуже.

Вы — хоть эльфийка, а я вообще лич. У меня даже сердце не бьётся. И запахов я не чувствую.

— А я чувствую, — скривился ректор и указал в ту сторону, куда умчалась лягушка-переросток. — Оттуда ужасно несёт болотом.

— Я тоже чувствую, — шмыгнул широким носом Бульдог, опершись на свой чудовищный боевой топор.

— Какие вы чувствительные… Ну, господа, давайте подведём итог, — проговорил я, оглядев всю нашу троицу. — Нам каким-то образом удалось выжить.

Да ещё мой магический подвальный рисунок каким-то чудом умудрился подобрать для нас тела, находящиеся недалеко друг от друга. Правда, мы похожи на цирк уродов, но это фигня.

— А эта эльфийка… умерла? — напряжённо спросил ректор, бережно ощупывая затылок.

— Ага, как и вот этот здоровяк, так что не переживайте за них, — чуток слукавил я, понимая, что всё не так просто.

— Это хорошо, — выдохнул Бульдог и несмело улыбнулся, обнажив большие жёлтые зубы, которыми можно было рвать врагов как кутят.

— Кстати, ни у кого из вас не остались знания бывших хозяев тел? — с надеждой спросил я, точно зная, что для подобного поглощения требуется навык.

— Нет, нет, — отрицательно покачали головами мои невольные спутники.

— Хреново, — дёрнул я щекой.

— Что делать-то будем, сударь Ратников? — спросил ректор, попутно, довольно умеючи, распутывая гриву своих волос.

— Искать местных жителей. Надо понять куда мы попали. Да и магические перстни стоит прикупить. А пока давайте осмотримся.

Может найдём поклажу тех бедолаг, чьи тела нам достались. Думаю, вон в тех кустах лежит их лошадь или иное ездовое животное. Оно-то и стало запоздалым ужином для болотной лягушки-переростка.

— А вы действительно сможете вернуть нас с Бульдогом в наш родной мир? — произнёс граф, впившись в моё лицо испытывающим взором. — Мне очень надо. У меня там свадьба скоро.

— Я сделаю всё, чтобы отправить вас домой.

— А наши родные тела… они того? — нахмурился охотник.