Богоборец

Исчезли также все его товары, — нахмурилась сестра, смерив меня оценивающим взглядом.

Мать вышла на кухню, и тут сестра выдала, прищурив один глаз:

— Неужто, братец, ты в этом замешан? Вроде вчера ты ходил именно к этому лавочнику.

— Не бери в голову, — отмахнулся от любопытной сестры.

Дальше София читала и другие новости, но ничего про найденные на крыше трупы сказано не было. Это может означать только одно. Аристократ, которому служили те увальни, не захотел предавать огласке смерть своих подчинённых. Видимо, он избавился от трупов.

Так, пора идти на аукцион и постараться как можно выгоднее продать таблички с формациями. Накинул на плечи пиджак своего единственного костюма. По сути, я приехал почти голый. Деньги отца должны были мне помочь, но рыжая воровка поставила меня в глупое положение.

Посмотрелся в зеркало и застегнул пуговицу на рубашке. Уже собрался выходить на улицу, когда София подошла ко мне вплотную и, аккуратно поправив галстук, заявила:

— Тим, удачи тебе.

Сестра не стала просить пойти на аукцион со мной. К счастью, девушка всё-таки не глупа. Главная её проблема – это плохое воспитание. Но ничего, я научу сестру манерам. Собственно даже сейчас уже заметен результат – она хотя бы в одежде.

Выйдя на улицу, я направился по адресу. Благодаря карте города, которую сестра показала мне в сети, я знал, куда идти. К сожалению, денег на такси банально не было, да и прогуляться хотелось.

В какой-то момент я оказался на границе храмового квартала и центрального района. Там стояло несколько жандармов, которые внимательно рассматривали тех, кто пытался пройти дальше.

Когда какой-то паренёк в бедных одеждах пытался прошмыгнуть, пока проверяли документы у тех, кто вызывал подозрения, жандармы поймали его и отвесили пинок под зад. А потом крикнули удирающему мальцу вслед, чтобы тот больше не попадался им на глаза.

Как я понял, ключевым фактором пропуска являлось то, насколько представительно человек выглядит.

— Господин, вам не стоит гулять в таких местах, как этот нищий район. Тут собралась одна шваль.

— Тебе не кажется, что я сам могу решить, где мне находиться? — властным тоном заявил я, смерив жандарма уничижительным взглядом. — Не тебе мне указывать.