Месть Цветущей

Черная-Черная Блум

Ули­ца Хай­лель-Хо­ул — са­мое опас­ное мес­то в Ма­гик­се. Прос­ти­тут­ки, во­ры, убий­цы, контра­бан­дисты, нар­ко­дил­ле­ры — это да­леко не са­мый пол­ный спи­сок жи­телей этих мест.

По тро­ту­ару стре­митель­но шла ши­кар­ная ры­жево­лосая де­вуш­ка. Гу­бы её блес­те­ли рубино­во-алой помадой, на гла­зах были на­рисо­ваны жирные чёрные стрел­ки, во­лосы убра­ны в вы­сокий хвост «а-ля ведьмочка Ай­си». Де­вуш­ка бы­ла оде­та весьма готически-вы­зыва­юще: чёр­ные ко­рот­кие шор­ты с занижен­ной та­ли­ей плот­но об­тя­гива­ли уп­ру­гую по­пу, та­кого же цве­та бюс­тгаль­тер под­чёрки­вал неболь­шую высокую грудь.

По­верх лифчи­ка был на­дет чёр­ный проз­рачный топ из мел­кой сет­ки без ру­кавов, длин­ные стройные но­ги об­тя­гива­ли рва­ные чёр­ные кол­готки, а по­верх них кра­сова­лись высокие лаковые са­поги на вы­сокой шпиль­ке.

Ка­залось бы, та­кая де­вуш­ка — лёг­кая до­быча для на­силь­ни­ков и про­чих оби­та­ющих здесь уро­дов. Но нет. Её не тро­гали. Её бо­ялись, ею вос­хи­щались, её ува­жали.

Чёр­ная-Чёр­ная Блум, так её здесь называ­ли!

Блум свер­ну­ла на од­ну из тём­ных уло­чек Хай­лель-Хо­ул. Там, в тус­клом све­те фо­наря на стол­бе, сто­ял ста­рый за­мыз­ганный бар «Ос­кал Ба­гиры». Не те­ряя вре­мени да­ром, она вошла в его две­ри.

Здесь её хо­рошо зна­ли. Фея Ог­ня Дра­кона кив­ком го­ловы поп­ри­ветс­тво­вала мес­тно­го вышиба­лу, стояв­ше­го на вхо­де и нап­ра­вилась к бар­ной стой­ке. Там её уже жда­ла боль­шая круж­ка цве­точ­но­го эля.

Креп­кий на­питок, на лю­бите­ля. Всё-таки брехали эльфы, что не пьют.

Блум уже и не пом­нила, ког­да она в пер­вый раз по­сети­ла «Ос­кал Ба­гиры». Ка­жет­ся, это бы­ло осенью... Ей бы­ло все­го лишь сем­надцать, и она на спор пош­ла ночью гу­лять по «опас­ной ули­це». Вто­рой раз она приш­ла по собс­твен­но­му же­ланию. Скай объявил о своей свадьбе с Ди­ас­про. Блум хо­телось умереть. На бар она наб­ре­ла слу­чай­но. Там впер­вые в жиз­ни на­пилась. А наут­ро прос­ну­лась в объятиях бар­ме­на — Тай­ле­ра.

.. С тех пор она ста­ла его пос­то­ян­ной по­сети­тель­ни­цей, и вот уже три года из­ме­няла Скаю с каким-то чер­ногла­зым пар­нем цы­ган­ско-арабской на­ци­ональ­нос­ти, имени которого она никак не могла запомнить.

— Эй, ма­лыш­ка, не хо­чешь раз­влечь­ся? — неожиданно про­баси­л кто-то над ухом Блум.

Та сме­рила бри­того­лово­го вер­зи­лу тя­жёлым взгля­дом и от­верну­лась, на­мор­щив но­сик.

— Ис­чезни, от те­бя во­ня­ет.