Игрок

—Делай что хочешь, но они не должны выйти оттуда. Понял, сизарь?

—Я Эрнест.

—Пока ты никто и звать тебя никак, – отрезает Гай. – Сделаешь дело, зовись, как хочешь. Не сделаешь…

Наёмники за спиной командира ухмыляются. Один чиркает пальцем поперёк горла и подмигивает. Всё понятно без слов.

Молча киваю.

—Эй, Кривозуб, – говорит Гай. – Дай–ка парню оружие.

Отрядный маг протягивает мне свиток. Он тоже улыбается, но на его улыбку лучше не смотреть. Кривозуб вампир, и заглядывать ему в рот – всё равно, что копаться в свежей могиле.

—Развернёшь в доме, – шепеляво говорит маг. Его кривые нижние клыки влажно блестят над губой, с уголка рта капает слюна. – Не раньше. А то спалишь сам себя.

Верчу в руках свиток. Тебе конец, Эрнест. В хижине может сидеть хоть пять человек, хоть трое – без разницы. Свиток не поможет. Ты ведь не умеешь читать.

— Я не… Может, лучше посох?

Хочу сказать, что неграмотный, но маг вдруг остро взглядывает мне в лицо, и язык застревает во рту.

Когда мы с Гаем пожали друг другу руки, тогда, у запруды, он сказал:

—Дам тебе совет, Эрнест. Только один. Прислушайся к нему, если хочешь жить. Не говори никому, что ты новичок. Я тебя сразу раскусил, но у меня амулет. Таких, как ты, я сотню прищёлкнул и не задумался. Не разочаровывай меня, парень. Докажи, что в тебе что–то есть, кроме потрохов.

—Почему? – спросил я. – Почему вы так не любите новичков?

—Сам узнаешь, если доживёшь.

***

Сжимаю свиток мага в руке. Хибара уже близко. Там, внутри, очень тихо. Не слышно ни звука разговора, ни топота ног, всего этого обычного шума обжитого жилища. Странно. Даже мои чуткие уши улавливают только смутную куриную возню и шорох птичьих ног по земляному полу.

Командир издали ободряюще кивает. На смуглом лице его цветёт белозубая улыбка. С такой же вот улыбочкой он отправлял меня на тот свет. Похоже, он этого не помнит. Но я–то знаю.

Запускаю руку в мешок, достаю оттуда кинжал с вплавленной в клинок надписью. У меня есть ещё длинный стальной меч, почти новый. Но в тесном помещении он будет только мешать.

Гляди–ка, а ты стал сообразительнее, Эрнест.