Игрок

Эйкариот раздвигает синие губы в суровой улыбке. Внушительные у него клыки. Почти как у меня. В красных глазах – ни сочувствия, ни сострадания. Только печальная необходимость, как будто нужно усыпить больного кота. Ну, Эрнест, ты попал. Сейчас тебя прикончат собственные соплеменники. Чтобы не оскорблял своим прирученным видом диких сородичей.

—Приготовьте жаровню, братья, – буднично бросает распоряжение вождь. Будто это ему не впервой. – И поторопитесь. К утру мы должны выйти за перевал.

Чувствую, как мои губы раздвигаются в ответной ухмылке.

—Могу я узнать, благородный собрат, куда вы собрались, на ночь глядя?

—Мертвецы не могут иметь желаний, – безразлично отвечает Эйкариот. – Мы идём в поход, бывший собрат. Великая Мать всех ночных созданий позвала нас. Скоро мы пройдём через горы, и люди узнают наш гнев. Их уродливые города будут разрушены, дома сожжены. Трава и деревья вырастут там, где топтали землю их грязные ноги.

Тем временем парочка синих парней разводит среди камней костёр. Ещё двое тащат к костру металлическую решётку, и раскладывают её над огнём. Звенят по краям решётки четыре обруча – зажимы для рук и ног.

—Не пытайся сопротивляться, мертвец Эрнест. Моя магия сильна. Мои братья – прирождённые маги. Мы дети земли, дети леса. Это у нас в крови.

«Книга, – произносит голос внутри моей головы, и я вздрагиваю от неожиданности. – Книга тайн. Сто первая страница.

—Слушайте меня, твари лесные и поднебесные. С тех пор, как явился в мир соблазн, не стало мира на земле. Поднимитесь все, кто жив и тот, кто выбрал небытие. Поднимитесь и скажите слово. Пусть слово это будет услышано на земле и под небесами…

Выговариваю слова книги перехваченным горлом. Изнутри поднимается уже знакомая боевая ярость. Глаза застилает белесый туман, когда всё вокруг кажется плоским, одноцветным. А фигуры людей будто вырезаны из стекла и обведены по контуру чёрной краской.

Пятеро диких эльфов застывают вокруг костра, прислушиваются к словам книги. За ними, в глубине ущелья и на склонах скал теснятся ещё много таких же, худых, жилистых, с луками за спиной. Плоские, но от этого не менее опасные.

—Что ты сказал? – хрипло спрашивает Эйкариот.

Но мне уже наплевать на его удивление, на его важный вид. Вынимаю из мешка новый амулет, вешаю на шею.