Геомант 4. Новые Боги

И мы ее позволить себе не можем. Если честно, я даже жду, что они разделятся. Раздробленных их бить попроще будет...

В этот момент позади раздалось вежливое покашливание. Я обернулся и увидел, что возле входа в тренировочный зал стоит глава тайной канцелярии и терпеливо ждет, когда ему будет позволено заговорить.

— Рад тебя видеть, Нестор. У тебя есть что-то для меня?

Я сделал ему знак приблизиться. Сын Николая подошел ближе и я обратил внимание на огромные темные круги у него под глазами. От Нестора ощутимо несло «Поцелуем сирены» — местным аналогом Редбула, настойкой на корнях имбиря и еще черт знает какой дряни.

Бодрила эта штука похлеще амфетаминов, но и расплачиваться при злоупотреблении приходилось общим истощением организма.

— Прежде чем ты начнешь, я хочу, чтобы после этого разговора ты хорошенько выспался. На одном Поцелуе долго не продержаться, рано или поздно ты начнешь терять ясность ума. А я не люблю рассеянных.

Нестор склонил голову, показывая, что понял, и заговорил:

— Господин, я только что получил доклад разведки.

От лагеря врага отделилась группа и направилась в сторону Кносса.

Мы с минотавром переглянулись. Актеон, сам того не замечая, покрепче сжал рукоять своего топора.

— Продолжай.

— Отделившихся примерно две тысячи. Спартанцы. Два циклопа.

— Маги?

— Этого не знаю. Разведчики не смогли их разглядеть.

— Сколько времени им понадобится, чтобы добраться до Кносса?

Нестор помялся:

— У разведчика отказал голософон, так что ему пришлось добираться до Кидонии верхом.

Боюсь, что они уже на подступах к городу. Простите. Какие будут указания, господин?

Я тихо выматерился. Одна из моих идей благополучно накрылась медным тазиком.

— Для тебя они не изменились. Передай дела помощнику и хорошенько проспись. Дальше я разберусь сам.

Нестор не стал спорить, поклонился и тяжелой походкой направился к выходу.

— Муилан, я...

От избытка чувств минотавр разом растерял весь известный словарный запас и лишь бешено вращал глазами. Аура однорогого переливалась всевозможными эмоциями.

Мой друг разрывался между присягой и долгом защищать свой дом. Благо, для такого случая у меня давно уже был заготовлен план. Безрассудный, авантюрный, но других вариантов я не видел.

— Дуй к своим. На сборы — час. Явитесь к ромальскому табору.

Актеон бухнул кулаком в грудь и рванул к выходу. Я направился за ним, на ходу доставая нужный голософон.

— Слушаю тебя, Правитель, — раздался дребезжащий голос Париса.

— Мне нужно окно. Через час.