Падение летающего города 1. Путь Самирана

«Неужели я должен буду заняться с ней сексом? — подумал я, — Ведь для этого Самиран подарил ей дорогой браслет?»

Я смутно помнил, что в некоторых древних культурах существовала традиция обмена женской любви на подарки, и это не считалось проституцией. Хотя именно ею и было.

Да что там древние? Достаточно вспомнить русских господ, которые соблазняли деревенских девок, подарив им взамен шёлковый платочек или новые лапти. Иные господа, как герои рассказов Бунина, обходились вообще без подарков. Считали, что интерес барина к дивчине — уже подарок для неё.

Сана отвела взгляд, глядя куда-то в окно.

Закат достиг уже того момента, когда комнату разбил надвое яркий красный круг света. Я и девушка стояли в этом круге, как на сцене, освещённой прожектором.

Я избегал смотреть в её лицо. Девушка тоже не смотрела на меня.

Зачем-то сосредоточил внимание на халате девушки. Он сшит грубее, чем одежда Самирана. Ясно увидел неровные нитяные швы. Так же отметил, что края халата соединялись тремя крючками с петельками.

Бросив пояс, девушка расстегнула петли, взялась за свободные края халата и развела в стороны.

Под халатом оказалась длинная, до колен, рубашка с круглым воротом, расшитая белыми рельефными узорами. Как-то отчаянно вздохнув, Сана схватила подол рубашки обеими руками и резко задрала до самого горла.

В красном закатном свете я увидел небольшую и красивую девичью грудь.

Некоторое время мы так и стояли.

Я глупо посмотрел на грудь девушки.

Я и не мог разобрать: то ли её лицо покраснело от заката, то ли от стыда.

— Ну, — досадливо вздохнула Сана. — Можешь потрогать.

Я хотел сказать: «Спасибо, обойдусь». Мол, что, я сисек не трогал? Щупал и побольше размерчики.

Но руки сами взметнулись к девушке и погладили её.

После этого Сана резко опустила рубашку и запахнула халат.

— Сана, — сказал я, — о чём бы мы не договаривались ранее, знай, что это всё было глупостями. Я вовсе не такой. То есть — такой, но не я. И вообще…

— Молчи, — тихо ответила Сана. — Мне пора домой.

Она отошла к арке и дёрнула ветку — дверь раздвинулась.

Я побрёл за ней, не зная, что думать и говорить. Вдобавок прежняя слабость вернулась с новой силой.