Работа для героев

Герои и героини должны быть высокими и статными.

– Вы вполне подходите под это описание. И ростом, и статью.

– Разве что героем не являюсь… по ряду причин.

– Так и хочется спросить, каких именно…

– Это будет скучная и короткая история.

– Тогда не надо, тема о природе героизма всегда меня мало интересовала.

– Тут наши вкусы совпадают.

– Итак. Вино кончилось, пиво пить – никакой охоты, а мы уже выяснили, что неплохо наслышаны о деяниях друг друга. Как же нам отметить подобное событие?

– Королем застолий, неистребимым и всегда наличествующим за столом – лордом самогоном.

– Что ж, раз по возрастающей, так по возрастающей. Наливайте!

Мутная жидкость перекочевала из бутыли в кубки. Самогона для дамы Кай, как и подобает галантному кавалеру, не пожалел.

– Итак. – Чародейка несколько подозрительно посмотрела на содержимое своего кубка, но возражать не стала. Подняв его, она провозгласила: – За дела, которые мы совершили и которые нам еще предстоит совершить!

– За дела, – поддержал Кай.

– За то, что сделано, и за то, что не сделано. Пусть первое всегда будет лучше второго. И да не множатся сожаления о несделанном.

– Хорошо сказано, – поддержала Оливия, прикладываясь к кубку. – И, раз уж тут заговорили о несделанном, я считаю, что мы с вами просто обязаны выпить по-насшарайски. Иначе мы будем жалеть о том, что не было сделано, куда больше, чем о том, что сделано было.

Кай мгновение смотрел на чародейку, а потом мягко улыбнулся.

– Не вижу причин множить лишние сожаления, миледи.

Ибо они это сделают и без нас. Пусть уж лучше их будет меньше, чем больше.

– За сладость принятых решений, господин Кай.

– И за их правильность, госпожа Дейндж.

Следуя насшарайскому обычаю, они переплели руки в локтях, посмотрели друг другу в глаза и выпили. Затем по правилам могла следовать часть с поцелуями, но, впрочем, ее могло и не быть, тут все зависело от темперамента участников и количества выпитого.

Похоже, чародейка и наемник были не прочь соблюсти все правила до конца.

Они потянулись друг к другу. Замерли на мгновение, неловко улыбаясь, а потом, преодолев минутное смущение, потянулись снова.

Соприкоснулись губами. Поначалу настороженно, словно ища какого-то только им ведомого подтверждения. Постепенно – не сразу, далеко не в первое мгновение – оно было найдено. Их поцелуй стал глубок, но прикосновения рук – оставались осторожны, легки, без намека на алчную неуклюжесть внезапно вспыхнувшей страсти.