Работа для героев

Прекрасная и чистая работа. Вот только одна маленькая деталь не вписывалась в общую картину: чтобы такое слияние стало успешным, а не губительным, участники должны быть очень близки. Кровное родство или глубокая эмоциональная связь – те столпы, на которых зиждется этот метод.

А ведь мэтрессу они встретили только сегодня, и вряд ли между ней и командиром наемников мелькнула искра столь сильная, что переросла в любовь с первого взгляда. Родственниками они тоже не являлись. Уж такие мелочи, как кровное родство, даже младший мэтр мог определить на глаз.

Видимо, звание чародейки широкого профиля не дают просто так. Надо бы проконсультироваться насчет ее методов, если, конечно, выпадет возможность.

– Джошуа, теперь вы! – Голос мэтрессы Ланорвиль оторвал его от праздных размышлений.

Силуэт Оливии, ставший намного более ярким и не обремененный фантомным двойником Кая, направил линию к нему.

– Я готов, – запоздало ответил он. Линия коснулась его руки.

Младший мэтр понял, что несколько слукавил.

Нет, конечно, он был готов. Теоретически. Но целительница как-то забыла упомянуть, что это еще и демонски болезненно. Руку словно обожгло огнем. Что ж, по крайней мере, цвет не обманул. Жгло не хуже пламени.

Не сказать, что он слишком громко стонал. Но сжатые зубы и невольное шипение выдали его с головой.

– Прости, дорогуша, – сказала Марианна. – Я совсем забыла, что вы, мальчики, любите мыслить весьма прямолинейно. Эти общие занятия по ментальному контролю и ярко-желтые фигуры всегда нагоняли на меня тоску.

Если терпеть сил не осталось, постарайтесь перенастроить внутреннее восприятие. Например, по умолчанию измените вариант на противоположный.

Изругав себя за прямолинейность, Джошуа последовал ее совету. Воображаемый мир колыхнулся, меняя очертания, и из желтого стал голубым. Линия, погрузившаяся в ладонь, перестала жечь и стала морозить. Но после огня это было скорее приятно.

– Благодарю, мэтресса, так намного лучше.

Готов слушать дальнейшие указания.

– Отлично. Медленно направьте свою часть в сторону Глэдис.

Он повернул голову в сторону девочки – тонкой фигуры из переливающихся ледяных линий – и, пропустив грань через себя, направил к ней. Все прошло гладко, ученица приняла свою часть руны без помех. Затем она направила свою линию к мэтрессе Ланорвиль.

Руна замкнулась.

После этого все обменялись еще дюжиной линий внутри фигуры, довершая задуманный рисунок.