Варленд

А по сути оголяя торс по пояс. – Умереть в бою не так уж и плохо. Хомо, ты уже слышишь смех богов? Они будут наблюдать, как нам придётся пройти сквозь смерть в три роста перед глазами.

– Не всё ли равно где умирать? – ещё более обречённым голосом добавил человек, так же оголил торс, обронил в пыль вытоптанной многими тысячами ног дороги всё лишнее.

Оба даже попытались пробудить в себе берсерка, неистового война. На то способен почти каждый орк, но у Грока ничего не получилось. Его внутренний боец при взгляде на громаду стража потускнел и исчез, оставив лишь мысль тоненьким голосом, то ли мыши, то ли морской свинки: «Беги!».

У Андрена так вовсе коленки задрожали. Но застыл, заставил себя распрямиться. Грок рядом прокашлялся, ударил себя в грудь кулаком. Если человек рядом не дрогнул, то он точно себе бежать не позволит.

– Эй, балбесы. Вы что удумали? – вновь потрясенно добавила морская свинка.

Человек сделал как можно более грозное лицо. Орк повторил. Затем оба закричали, но как-то неуверенно, сипло, как будто простудились и маялись горлом и побежали на великана… тут же два вздоха и падение тел на землю.

Страж словно и не двигался, отмахнулся как от мух. Лишь широкая улыбка заняла пол лица, затем великан прогрохотал таким густым басом, что в груди Андрена и Грока завибрировало:

– Ну-ка сгинули, щенки дикие. Мудрость этого Храма не для вас! Глупцам здесь не место! Убирайтесь!

Магики подскочили.

– А ну-ка нет! Мы ещё не закончили! – крикнул Андрен.

– Да! Мы пришли, и мы пройдём! – заявил орк.

Если это невероятно здоровое, а значит, безмозглое чудище однажды попало за стены Храма, так почему они не могут?

Могут!

Отряхнулись, собрались.

– Оба пришли не за тем, чтобы отступать с позором, – вздохнула, глядя им вослед маленькая морская свинка. – А, значит, будут пытаться до тех пор, пока силы не иссякнут.

Разбег. Удар. Падение.

– Или пока не падут от ран и истощения, – добавила Чини, доставая орешек из шишки.

Разбег. Ещё попытка. Полёт. Падение.

– Пока стоит Варленд… – добавила Хомо, лузгая орешек, – всегда найдется пара простаков, которые буду пробовать его на прочность.

Неспешно опустошая шишку, некоторое время она наблюдала, как всякий раз встряхивая пыль, сплёвывая землю, и снова нападая, магики в очередной раз оказывались поверженными. В пыли, на земле, на траве. Но снова и снова они поднимались.