Волчий Рубин

Одновременно Арман принялся просчитывать способы своего поведения в мире, описанном Владом. Мозг занялся задачкой скорее по привычке, потому что в существование оборотней, магии и прочих атрибутов сказки он не поверил. Ни один из описанных товарищем по несчастью воинствующих лагерей Лерою не приглянулся. По причине атеистических убеждений союз с инквизицией был исключён, тем более, что свободолюбивая натура француза возмущалась против организаций с такой жёсткой иерархией. По последней причине не понравилась ему и стая волков-перевёртышей.

По словам Влада там единолично заправлял маг с авторитарным складом характера, да и полузвериное существование в чаще леса, на лоне природы, не казалось райским. Арман сразу подметил некую узость кругозора собеседника. «Упёрся в одно. Оборотни и инквизиция. Всё, нету больше ничего. А мир-то огромен и многогранен. Наверняка и стран много, и городов, и народов. Эх, сведений мало. И война эта странная. Нестыковка на нестыковке. Сотню лет сидели на месте, потом решили посражаться. Из-за чего? Почему именно сейчас? Проклятье, размышляю так, как будто это всё правда!»

Влада понесло. Изначально он не собирался так откровенничать с бывшим противником, но впечатлений накопилось чересчур много, а поделиться до этого было не с кем. Наёмник оказался благодарным слушателем, не перебивал и даже время от времени кивал, принимая к сведению очередной факт, иногда, ближе к концу повествования, задавал вопросы. Правда, ни на один парень не смог внятно ответить. Лерой с ходу схватывал военно-политическую ситуацию и интересовался тем, что Владу и самому хотелось бы выяснить.

«Да, союзник из наёмника выйдет отличный, - подумал парень. – Хотя всё равно, как вспомню лица погибших ребят… Эх, в другой ситуации бы с тобой встретиться…»

Лоренцо давно заметил, что если день не задался с утра, то так просто в норму жизнь не придёт. Солнце далеко не успело доползти до зенита, а кардинал вновь призвал советника на важный разговор. Санктификатор предположил, что обсуждаться будет послание оборотней и не ошибся.

Вот только не ожидал, что глава инквизиции будет столь категоричен.

-Готовь войска к отступлению, - не допускающим возражений тоном сказал Гаэтано.

-Из-за одного глупого мальчишки похоронить всю затею?! Мы же потом не сможем такое огромное ополчение собрать! Люди просто в следующий раз не поверят в великую цель. Столько сил, столько жертв, столько жизней – и впустую?! – Лоренцо изменила обычная суховатая сдержанность, и он почти орал.