Волчий Рубин

Комольцев не сразу припомнил, где видел подобное, уже когда конвоир подтолкнул парня в плечо, перед глазами всплыло оформление замочной скважины на двери подземного хода. «Может, это герб кардинальский?» Сделав шаг, Влад попал внутрь походной резиденции главнокомандующего.

Шатёр разделялся на минимум две «комнаты» матерчатой перегородкой. Первая половина представляла из себя что-то вроде приёмной. Невысокий столик, накрытый для лёгкой трапезы – бутылка вина, яблоки, хлеб и сыр, деревянный стул с высокой прямой спинкой – для посетителей – и кресло самого главы инквизиции, в котором он и восседал.

Кардинал оказался ещё не старым мужчиной, лет сорока пяти, но уже с изрядно посеребрёнными сединой волосами, с проникающим в душу взглядом тёмных глаз. И в отличие от того же Конрада, лезущего в мысли непосредственно с помощью магии, священник добивался такого эффекта, видимо, просто-напросто большим жизненным опытом. Сразу становилось ясно, такого человека на мякине не проведёшь, так как он столько всего видел и чувствовал, что без труда распознает фальшь.

-Присаживайся, сын мой, - голос инквизитора прозвучал почти приветливо, но при этом фраза воспринималась скорее как приказ, чем как вежливое предложение. Кардинал привык повелевать.

Влад опустился на свободный стул, который вопреки внешнему впечатлению оказался вполне удобным, и выжидательно посмотрел на священника. «Знаю ведь, что я тебе очень нужен. Вот и начинай разговор первым». От вида еды непроизвольно выделилась слюна и слегка заурчало в животе.

-Ты, наверное, голоден. Угощайся. И вина налей, с моих виноградников, отличный сорт.

«Угу, а оно отравлено, - подумал Влад, в то же время понимая, что убить его можно тысячей более простых способов, чем портить высококлассный алкоголь ядом. – Ну, значит, какое-нибудь зелье, развязывающее язык, добавлено». Инквизитор мгновенно подметил заминку в поведении пленника и улыбнулся, капельку насмешливо:

-Подозрительный, да?

-Скорее, осторожный.

Это были первые слова, которые Влад произнёс вслух. Кардинал очень внимательно вслушался, точно силясь уловить малейший нюанс произношения. Затем протянул руку и плеснул из бутылки в два бокала, поднял один из них и пригубил напиток, неторопливо закусил кусочком сыра.

Влад последовал примеру инквизитора, потому что ощутил, как желудок свёртывается в трубочку и протестует против голодовки. Вино было в меру терпкое, а сыр таял во рту, как пища небожителей.