Волчий Рубин

Холодный пот прошиб Чезаре, воспоминания четырёхлетней давности всплыли в мозгу, будто резня на дороге произошла вчера. Но руки действовали сами по себе: первая стрела вылетела к цели ещё до того, как подросток понял, что не сможет отойти в сторону, позволяя оборотням безнаказанно убить людей в доме призрения. И плевать, что стальные наконечники не могут убить нечисть, и плевать, что глас рассудка утверждает: «Это бессмысленно!» Удар стрелы заставил волка, бежавшего впереди, споткнуться и сбиться с шага. Однако через миг он как ни в чём не бывало продолжил движение к цели.

Ненависть затмила взгляд красноватой пеленой. В сознании наложились друг на друга две картинки, похожие только количеством оборотней – четыре. Чезаре словно опять видел, как к пыльному торговому тракту приближаются жаждущие острых ощущений верволки и как люди, не защищённые доспехами и благословлённым оружием, умирают один за другим. В сегодняшнем дне трупов пока не было (хотя кто знает, что скрывается на той улице, откуда вывернули волки), но звери точно так же целеустремлённо двигались к своим жертвам.

Выстрелы следовали один за другим, с минимальным интервалом, как на стрельбище, когда Чезаре учился стрелять на скорость. Упражнение ему тогда никак не давалось – то стрела застревала в колчане, то падала из уставших пальцев, то тетиву натягивал слабовато, то прицел сбивался. Сейчас всё получалось, но это нисколько не помогало. Сталь не причиняла зверям почти никакого вреда, волки лишь на мгновения задерживались, порыкивая от боли, да пару раз им пришлось остановиться, чтобы смахнуть мешающие бежать древки вонзившихся стрел.

Время растянулось в бесконечность. Медленно и неотвратимо приближалась смерть, скаля волчьи зубы, роняя слюну из пасти. Чезаре не знал, сколько раз он уже выстрелил, не представлял, сколько осталось стрел, не успевал задуматься, что будет, когда они закончатся. Конечно, существовала безумная надежда, что подоспеет подмога, кто-то из городского гарнизона. «Надо просто продержаться.

Ещё немного. У меня получится». И в этот момент парнишка, в очередной раз потянувшись за стрелой, ничего не нащупал. Обернулся через плечо, не веря, что это конец. Колчан действительно был пуст. А никакого подкрепления не предвиделось. Чезаре замер на месте, осознав, что бежать слишком поздно, а пользы он так и не принёс – защитников у больницы больше не было.

Он не перевёл взгляда на оборотней, которые, видя, что дождь стрел иссяк, прибавили ходу.