"Черная" ведьма

Он старый ученый, и добрался, наконец, до вожделенного места, а аристократу с ведьмой? И еще этот непонятный Гир? С первого взгляда – подчиненный Клауда, а дальше, как не смотри, не просматривается, как будто вместо тени – дымка, где угадываются очертания чего-то огромного, непонятного. Глаза эти зеленые: то смеётся под пытками, то так глянет, что у бывалого контрразведчика душа в пятки уходит. Если решение было бы за Асанадом, давно приказал бы прикончить эту сволочь. Сразу и себя обезопасить, и показать Клауду серьезность угроз.

Но начальство приказало выжидать. Да сколько можно!

Вчера доложили – зашевелились. Рыжий стал слишком часто бегать в город. Клауд несколько раз уходил от наблюдения. Ненамного, но что он делал в это время, установить так и не удалось. Асанад отчитал наблюдавших, но второй раз вызывать Клауда не стал. Рассудив, что раз забегали, значит, на что-то решились. Значит, можно будет взять на горячем, чтобы предъявить предателей начальству. А дальше с ними будет уже совсем другой разговор.

Сейчас же осталось только усилить посты и перекрыть возможные места диверсии: банки, склады магических кристаллов и военные объекты. Больше проявить им себя негде. Так что скоро, день-два, и попадутся в расставленные сети. Осталось набраться терпения и последовать приказу начальства: ждать.

***

В храме было темно и холодно. Три свечи только загоняли мрак по углам, а наскоро сколоченные стены и крыша продувались насквозь осенним холодным ветром.

Но даже сквозняк не мог выдуть удушающий запах крови.

Молодой жрец напоминал мясника.

Старый жрец давно уже сомлел и бесформенной грудой лежал в углу.

Клауд вморозил себя в гранитные плиты, заставляя стоять неподвижно, навытяжку, заложив руки за спину, как на плацу в диверсионной школе. Тогда он держал свою демофобию в жесткой узде воли, теперь в эти тиски была загнана человечность. Заставляя себя, не мигая, смотреть, как подросток со стеклянными глазами пластает его друга.

Один раз он чуть не сорвался. Когда у мальчишки глаза стали вдруг осмысленными, он всхлипнул, руки дернулись, чуть не выронив нож. Одно мгновение до истерики. Но в этот момент с окровавленного жертвенника донесся спокойный голос:

- Всё в порядке, малыш. Ты молодец. Продолжай дальше…

Мальчишка всхлипнул еще раз, отвернулся на секунду, а когда повернулся обратно, руки его больше не дрожали, а взгляд стал твердым.