Apocalepticon

Последние слова Бога влились в тело создания, наполнив его грустью, ибо оно не знало, когда услышит вновь своего хозяина:

«Живи, постигай силу, тебе дарованную, стань достойным ее носителем, и в конечном итоге употреби ее мне на пользу. Жизнь твоя – есть дар мой, а благодарность за него – смерть Избранных, чьи Боги так и не смогли признать меня достойнейшим из всех. Иди же, мое творение, мой Армагеддон!».

Полностью сформировавшаяся к тому времени воронка в одно мгновение поглотила новосозданное тело, секундой позже выбросив его, как ненужную, изжившую свое вещь, в пространство созданного Богами космоса.

 

Словно человеческий зародыш, создание пока что не обладало ни слухом, ни зрением, ни каким-либо другим способом взаимодействия с окружающим его пространством. Но, постепенно, шаг за шагом, на его голове начали прорастать, вырываться из под покрова кожи, органы, сродни человеческим: уши, два глаза, рот, нос. Вначале они больше напоминали грубые мазки, нанесенные чей-то неопытной рукой, но, чем дольше длился процесс, обрастали подробностями, мелкими деталями, придавающими живость всему образовавшемуся лицу.

Одновременно с эти процессом оболочка, будто бы сорвавшись, начала падать вниз, с каждой секундой все более увеличивая свою скорость.           

Сначала появилось осязание, но им я не ощутил ничего, кроме того, что все мое тело обдает шквалом холодного ветра. И хотя его вполне можно было назвать зимним, но дискомфорта это не вызывало, даже если учитывать тот факт, что, судя по ощущениям, какой-либо одеждой меня не одарили.

 

Резкий свист – уши начали исправно подавать информацию о звуковой составляющей окружающего пространства, которая, по донесениям, была скудна на разнообразие – только свист, как если бы материальный объект падал с огромной высоты. С огромной высоты…  с огромной высоты?!! 

 Последними подключились глаза – и весь ужас моего положения открылся для меня полностью. Черт, да ведь я падаю! Падаю с высоты настолько большой, что при желании могу разглядеть бескрайнюю черноту космоса краями глаз.

Как я вообще падаю?! По идее, сейчас гравитация на меня не действует. Но я падаю! Падаю на планету, очертания материков на которой вызывают во мне одновременно некоторые позывы к узнаванию и вместе с тем чувство того, что я вижу их в первый раз. Откуда бы это? Я помню лишь один, и, по моему мнению, единственно происходивший отрезок своей жизни, и ничего подобного в нем нет.