Топоры гномов

Но как же с ним справиться?

Единственным вариантом, приходившим в голову, было устранение шамана таким же способом, каким я победил его ученика в ходе освобождения Сторма, однако зная порядки орков можно было не сомневаться в том, что на его охране всегда будет находиться дух, который сможет засечь даже прячущегося эльфа. И потому этот вариант имел мало шансов на осуществление.

Что же оставалось? Только прийти и посмотреть на крепость собственными глазами. И сделать это лучше бы ночью, заранее заготовив снаряжение для штурма форта.

Кто знает, возможно оно пригодится…

Глава 14. Раннее утро.

Отступление. Тельдрен.

Порывистый, сильный ветер трепал кроны деревьев. Воздух был наполненной холодной влагой, что оседала на плаще и норовила проникнуть внутрь, забирая драгоценное тепло. Следопыту не подобает бояться ни холода, ни жары, в самую сильную непогоду он должен сохранять стойкость, однако Тельдрен в этот час сожалел о том, что не может оказаться в родном доме или даже самой обычной таверне.

Вместо этого ему и всем тем, кто присоединился к тану Далину, надлежало готовиться к новому сражению, к битве с врагом, засевшим во вражеском форте.

Взгляд эльфа обратился к темной громаде, едва видной на фоне затянутого тучами ночного неба. Крепость орков, место обитания врагов его народа. Угроза их существованию. Со стороны она выглядела странно безжизненной. Ни одного огня не освещало стены, ни одной фигуры часовых не виднелось за ними. Звуков со стороны крепости также не доносилось, пусть как раз это и было естественным – даже слух эльфа не смог бы уловить их на таком расстоянии.

Странное место и таковым оно казалось не ему одному.

Тельдрен бросил взгляд на стоявшего рядом гнома. Хотя правильней будет сказать двуживущего, пришельца из другого мира, выбравшего себе тело гнома. Вид тана выдавал усталость. Доспехи были покрыты россыпью отметин, а в отдельных местах пробиты, на прежде гладко выбритом лице проступала щетина, искалеченная левая рука безвольно свисала вдоль тела.

Такой облик мог бы вызвать жалость и презрение, но лишь на краткий миг, до того момента, как разумный встречался с глазами Далина. В них полыхала злость, решительность, азарт идти до конца к намеченной цели и вцепиться в глотку тому, кто преградит дорогу.

Тельдрен не доверял гномам, с еще большим недоверием он относился к двуживущим, однако этому тану повиноваться был готов. По крайней мере до тех пор, пока тот сохранял в себе этот огонь.