Прокачаться до сотки 2

Надо же «Революция»! Ну ничего я вам покажу, что не только пролетариат может свергать «временное правительство», но и очень даже богатый «буржуин» тоже. Буржуй это я, если кто не понял.

И идеи у меня есть, как всё провернуть. Я этим Посредникам глаз на одно место натяну, за то, что они над Пумой измывались. Вот только для начала, вставлю пистона, этой троице, которая всё так запустила. Хватит уже Олегу сеструху свою тискать, понимаю, что давно не виделись, а та вообще брата похоронила, но пора приниматься за дело.

Вон городские же пашут, а мы тут прохлаждаемся. Спросите, чего это они там делают? Так лестницы с наружной стороны стены разбирают и на другую переносят. Теперь это наша стена. Будем её укреплять и делать рубежом обороны. По крайней мере, надеюсь, что Посредники в это поверят.

Что значит зачем? Вы что серьёзно думаете, что я буду сидеть на вершине и поливать штурмующих смолой? Делать мне нечего. Во-первых нет у нас столько смолы. А во-вторых слабо мне верится, что будет штурм.

— А скажите-ка мне, братцы кролики… — ехидно посматриваю на скучивавшихся Пьеро, Молота и Лису — сеструху Олега. Она вместе с остальными девочками совсем недавно подошла, после того, как Локи сделал ноги. — Что же вы Пуму то, так долго на рудниках держали?

— Так ведь мы же пытались! — возмущается Балагур.

— Вова, а вы просто пойти и попросить, чтоб отдали, не пробовали? Даже вместе с девочкой этой… — щёлкая пальцами, — ну с которой ты познакомился в начале.

— Росей, — кивает Вован.

— Что значит попросить? — Молот аж сеструху из рук выпустил. Вот это правильно, а то совсем помял деваху.

— Языком, — открыв рот, болтаю из стороны в сторону, упомянутым органом. — Просто прийти и сказать, отдайте нам этих девах, и давайте установим режим, как раньше, те, кто днём воскреснут вам, ночью нам. И качались бы на здоровье, развивали город. Им оно надо с вами воевать? Вы же им тотальный геноцид в лесу устроили.

Парни неуверенно переглядываются, и общую мысль озвучивает всё тот же Балагур:

— Но это же не правильно, отдавать людей в рабство!

— А ты смотрю, дофига народу спас, — тычу пальцем на копошащихся у подножия стены городских.