Отряд Лины

— Давим их! Уничтожить предателей! — кричал он, познав исступление боя. Только не заметил, что вокруг него на многие сотни метров одни лишь враги. 

3

Вдали виднелся конь предводителя дикарей: они так же, как и ноты, не имели достаточно лошадей, чтобы усадить на них кого-то, кроме командира.

Алька передала предводительнице десяток стрел, опустошив половину колчана.

— Пяти стрел тебе явно не хватит, — предположила она.

— Тебе они тоже не помешают, — возразила Лина, удивившись, что уже растратила почти все пятьдесят стрел, что уложенных в колчан перед боем.

— Что сказать? Ты стреляешь лучше, — Алька стёрла кровь с щеки Лины и воспользовалась моментом, чтобы приблизиться. Их взгляды сошлись. И хоть прошло лишь мгновение, казалось иначе. Лина еле улыбалась, когда тонула в голубой чистоте её глаз, хотя вокруг них были кровь, грязь и сотни павших воинов.

— Нужно помочь этому идиоту, — прошептала командир. Алька наморщила лоб и наклонила голову набок. Как же ей хотелось, чтобы вокруг не было этого бессмысленного месива.

Алька отстранилась.

— Помогайте нотам! Нельзя терять людей! — приказала Лина, сменив тон.

Они откинули вражеское войско к реке, поэтому рядом с ними оставались лишь союзники. 

С холма Каребазил выглядел лишь жирной точкой, стремящейся к смерти: его выделял фиолетовый плащ среди кучи бесшак и велешей, украшающих свою броню аметистовым и сиреневым цветами. Лина подумала, что неплохо было бы подстрелить его кобылу, да с такого расстояния велика вероятность, что ветер направит стрелу во всадника.

Лучницы прекрасно чувствовали себя в бою, где их противники только и делают, что бегут прочь. Стрельба по отступающей мишени – это третье, чему учит Лина, когда, наконец, выдаёт своим подопечным луки. Самое главное, не увязнуть в мыслях, что убиваешь беззащитных людей и не даёшь им даже шанса на защиту.

Отряд Лины продолжал прореживать вражеское войско, пока то не отступило на безопасное расстояние. Осталась лишь уставшая и подавленная кучка из двух-трёх сотен бесшак и велешей.

Ещё не потускневшее солнце стремилось уйти за холм, поэтому с реки трудно было оценить, насколько велико численное преимущество нотов и френийцев. Лишь поэтому сражение ещё не закончилось.