Отряд Лины

— Начинаем, — приказала Лина, встала в полный рост и вышла на вершину холма. 

Лучницы вытянули по две стрелы из колчана и натянули тетивы. Они могли сохранять удивительную синхронность, несмотря на их многочисленность. Две тысячи стрел отправились в небо, прежде чем над войском Воислава начало темнеть из-за древесной тучи. Высокая парабола траектории позволяла начать сражение с разгромной неожиданностью. 

 Один за другим бесшаки поглядывали вверх, чтобы понять, почему они в тени. Их глазам было тяжело сфокусироваться, будто нужно разглядеть одну пчелу среди целого роя.

— Стрелы! — закричал бесшака, породив десятки таких же криков от других, но было слишком поздно. В тот же момент его пронзили четыре стрелы, ещё две пригвоздили его к дороге. 

— Укрыться щитами! — приказал Воислав, но его слова дошли до всех лишь после того, как их настигли две тысячи стрел. Князь метал взгляд из стороны в сторону, пытаясь понять, откуда их атакуют. А тем временем его люди стояли под ливнем из стрел.

Воислав заметил лучниц лишь после четвёртого залпа, когда между передней и задней частью его войска, растянувшегося длинной линией по дороге, появилась огромная проплешина из трупов людей. По меньшей мере, четыре сотни воинов уже обратились в дым. Князь старался думать быстро, но выходило с трудом.

Вперёд им не продвинуться: вся задняя часть погибнет под ливнем, включая его самого; отступать тоже бессмысленно: если он не приведёт войско в Онк, то город падёт. Вступление в бой означало сражение с противником, у которого преимущество высоты.

Воислав скорчился от злости и принял единственное верное решение:

— В атаку! — взревел он, не жалея глотки. Его воины только этого и ждали: они рванули на холм, что есть мочи. Многие из них позабыли про щиты, что стало для них фатальной ошибкой.

Лина удивилась, что князь решился на атаку после того, как потерял треть воинов. Они приближались намного быстрее, чем ей хотелось. И даже подъём по холму не вызывал у них тех проблем, каких она ожидала.

— Первая шеренга стреляет прямо. Вторая — навесом, — девушка сохраняла стальное спокойствие в отличие от того же князя, но уже думала, что будет делать, когда сотни обозлённых бесшак дойдут до них.