Закованный: Лёд и Пепел

Ты слишком слаб, и тренировать тебя в таком состоянии является не лучшим решением. Прежде всего тебе нужно натренировать своё тело хотя бы до уровня, при котором ты сможешь держать свой меч.

Ушастый и сам видел разницу между ним и Каимом. Тонкие и мягкие руки, почти полное отсутствие мускулатуры. Его тело не было телом воина. Алхимический берсерк в один час сжёг несколько месяцев, в течение которых Ингвард пытался хоть сколько-то развить своё тело, но даже с теми силами он бы не смог уверенно держать меч в руках в ходе боя.

– Понял. Буду тренироваться, хоть Эрина и говорила, что это неэффективно в случае с такими, как я.

Каим пожал плечами:– Я не знаю, как твоё тело работает. Могу лишь сказать, что наши с тобой тела тренируются лучше обычных, но, рассчитывая на худшее, я бы предложил тебе пересмотреть свой выбор оружия. Для лука или кинжала твоих сил более чем хватит.

– С луком время от времени тренируюсь. – ответил Ингвард, – действительно, получается чуть лучше.

– Вот и я об этом… В итоге, моё обещание сделать тебя достойным никуда не исчезает.

– Чего забавного?

– Ты либо хранитель великого меча, либо пользователь. От этого даже смешно…

В голове Ингварда всплыл инцидент в храме. Вспомнился дикий вопль «меча» о том, чтобы его даже не думали подносить к эльфу.

– Хехе… Действительно смешно… – ответил Ушастый, – пойду.

– Удачи.

***

За этот день Ученик Кровопускателя был сильно измотан. Как обычно, чтение книг с информацией о магии было проблематичным, добавив к этому тренировки с мечом и попытки держать общение с Актой, силы юноши подходили к концу. Поздним вечером он вновь зашёл в Магическую Мастерскую, в которой его уже ждал Раам.

– Дочитал? – спросил Гиилдер, отведя взгляд от какой-то схемы. Кивнув, Ингвард принялся ждать.

– Сколько рун за день можешь использовать? – спросил Раам, но то, что он услышал дальше, ввергло его в шок.

– Две.

Тишина Раама казалась столь громкой и многословной, что каждый в помещении замер, смотря на выпучившего глаза мага.

– Ты шутишь? Я не видел никого, кто мог бы ставить меньше пяти рун…

– Мой максимум – две руны. – ответил эльф, выражение лица которого сейчас вполне можно было назвать каменным. Он чувствовал невероятное разочарование со стороны Раама и поэтому старался подавить все эмоции.