Функция-2

И ушла, оставив меня глупо хлопать глазами.

Вот все вроде сделал, чтобы на меня не смотрели как на объект плотского интереса, а она все равно свидание назначила. Как у них, у женщин, вообще, в голове всё работает?

Новосибирск. Микрорайон Родники.

3 июня.

С того самого дня, я его даже на календаре красным обвел, чтобы иметь возможность Антонину троллить, мы стали частыми гостями в имениях новосибирских новусов. Побывали у Гольдманов в Академгородке, у Гончаренко в Бердске, даже Пиллеры наступили на горло гордости и пригласили нас с Тоней в свое родовое гнездо в Мочищах.

Только Лолидзе никакой активности не проявляли, сидели в своей Криводановке за рекой и делали вид, что вся суета вокруг Ликвидатора их не касается. Ну, с ними, как я понимал, всегда отношения были непростые, а после вскрывшегося факта работорговли (о котором и до этого все прекрасно знали) они и вовсе сделались в обществе новусов париями.

Каждая из семей выставила от себя претендентку в мой личный гарем. Шучу, конечно, максимум, что я мог от них ожидать, — это однократный сеанс-секс.

Может быть еще повторный, если девчонки с первого раза не залетят. Но это не мешало мне, пусть и не всерьёз, называть себя шейхом.

Самих, собственно, встреч по столь важному делу, как повышение популяции новусов в Новосибирске, еще не было. Инга не звонила, да и я события не форсировал, отдавая все свободное от светских раутов время тренировкам и развитию способностей. Для своих «наложниц» я старался сделаться если не другом, то хотя бы приятелем.

И потихоньку собирал информацию. Которой те с разной степенью охоты делились.

Так от Лены Гольдман (Наставник, девятнадцать лет, романтически настроенная и очень домашняя девочка) я узнал, что ее семья действительно является неким рефери для прочих кланов. И связно это, как ни странно, в советские времена, когда клан возглавлял руководство региона по партийной линии. Времени с тех пор прошло много, но поведенческие паттерны не изменились.

Оля Гончаренко (Наставник, двадцать один год, циничная стерва и карьеристка) на мою открытость и дружелюбие не купилась. Во время прогулки взяла быка за рога — я понимаю, насколько двусмысленно это звучит, — и потребовала исполнения обязательств немедленно. Пришлось доступно объяснять, что мир, человеческий или новусовский, неважно, не зря называется патриархальным. В общем, расстались мы в напряженных отношениях, но с обещанием встречу повторить попозже.