Повелитель Мертвых. Том 1

Белый ястреб залетел в небольшое отверстие в башне замка, пролетел вниз и приземлился.

В зал вождя вошел один хаором с небольшим свёртком бумаги.

— Прощения прошу, – поклонился он, – вам письмо, вождь.

— Письмо? – искренне удивился тот.

Ястребами не пользовались уже очень давно, ибо посредством магии передать какую-либо весть можно за считанные минуты. Но, коль прибегли к столь старому способу, то дело было столь важным, что его проще доверить птице, нежели магии, ибо нынче почти все надеялись на магию.

Пусть это и сложно, но вполне возможно выследить магические связующие каналы, а там дело за малым – если скрыт канал плохо и сеть охранных заклинаний простая – перехватить разговор. Приложить ухо к двери, так сказать. А на простого ястреба, летящего себе неведомо куда, маловероятно, что обратят внимание.

— От кого же?

— Не могу знать, вождь. Тут лишь написано на поверхности: «вождю лично в руки!».

— Благодарю, – Варгос Однокрылый взял письмо. – Можешь идти.

Хаором лишь поклонился и покинул помещение.

Сняв серую печать, он принялся читать:

«Да будут Ветры и Небо благосклонны к тебе, уважаемый вождь Варгос Однокрылый!

Прощения прошу, что не являюсь к тебе лично и что пользуюсь столь медлительным способом. Есть очень важный разговор, и посему прошу тебя о встречи. Коль ты согласен, то буду ждать в ночь полной луны на руинах великого города сцерров. Явись один.

Пхако Душераздиратель»

В назначенную ночь Однокрылый явился на место встречи, где его уже ждали Душераздиратель и Солнцеглавый.

— Рад, что ты явился, – коротко поклонился Пхако, проявляя тем самым уважение к самому старшему из вождей. – Я уж было подумал, что ты не воспринял слова всерьез.

— Любопытство взяло вверх, вождь. И что же оказалось столь важным, что даже магией нельзя нам говорить?

— Есть одно, вождь… Скажи прежде, что ты думаешь о детях великого Хаорана Кровавого Крыла?

— В каком это смысле?

— В самом что ни на есть прямом.

— У детей есть потенциал, есть возможности.

Иначе Хаоран давно убил бы их, как недостойных.

— А что скажешь ты, Солнцеглавый?

— Соглашусь с уважаемым Варгосом, – Тарсо самый молодой из них троих, да и вождём стал не столь и давно, а потому старался быть весьма аккуратным, тщательно взвешивая слова. Он согласился с Однокрылым, ибо тот являлся самым старшим, а следовательно, имел больший вес нежели даже Пхако.

— А я считаю, что они недостойны титула Эрме. Оба сына слабы.