Тринадцатый X

– Пётр Александрович, у меня тут вопрос назрел, – попутно сказал я мастеру.

– Слушаю, – ответил он, не отрывая взгляда от Лизы.

– Чем эктоплазма отличается от обычной жизненной энергии?

Ведь именно в неё преобразовывалась эктоплазма в особых механизмах. Потом уже эта энергия шла к Пожирателю душ, тоже благодаря одному из артефактов в механизме. Ну, и небольшой процент его слугам тоже доставался.

– В жизненной энергии нет души, эм… как бы это объяснить, – задумался мастер.

– Чистая и грязная энергия? – предположил я.

– Да, грубо сказано, но так оно и есть.

– То есть я состою из грязной энергии? – возмутилась Лиза.

– Нет, ты состоишь из эктоплазмы. И не надо вертеться, – ответил я ей.

– Чистая или грязная энергия, в нашем случае это не столь важно. Работать с ней можно одинаково, как мы недавно увидели на примере первородного регата, – объяснил мастер. – Структура магических потоков одинаковая. Сейчас я в этом окончательно убедился.

– И что мне делать? – настороженно спросила Лиза.

– Ты уже научилась концентрировать энергию в одной точке?

– Ну да, палец материальным сделать смогу.

Демонстративно изображать вздох, как это любил делать Макар, она ещё не научилась.

– Попробуй высвободить энергию из пальца, но ничего не создавая, – попросил её мастер.

– Сложно, – ответила Лиза, уже смотря на свой указательный палец.

Он становился ярче, но не более того.

Зубастик внимательно наблюдал. Но у Лизы минут пять ничего не получалось, и регат зевнул.

– Пробуй дальше, – сказал я, когда в глазах Лизы отразилось отчаяние.

– Да пробую я, пробую, а что толку…

Так прошло полчаса. Она начинала злиться, но принципиально не сдавалась.

Злость дала свои результаты. Лиза начала махать рукой, а затем внезапно её палец засветился.

– Вау! – протянула она.

Лёгкое голубое свечение окутало её руку.

– Это что, магия? – удивилась она.

– Лишь одиночный выплеск энергии, – ответил мастер.

– Бли-и-н! – протянула Лиза.

– Не блинкай, это только начало, – усмехнулся я.

– Понимаю. Сложно начинать всё сначала. Но я обязательно справлюсь.

Я кивнул. Мне нравилась её уверенность. Только вот Зубастик уже засыпал. И мне пришлось взбодрить его образом. Я вновь показал ему картину, когда первородный регат становился невидимым. И мой питомец тут же распахнул глаза.