История бастарда. Имперский ястреб

Потом воззвал к матери Пустыне, и  пожалуйста, она освободила пленников! Очень даже просто…  Я так и не понял, адептом какой магии он является. Подозревал, что никакой. Здесь было что-то другое, более простое и одновременно гораздо более могущественное. Какие-то невероятно древние силы. 

Вслед за стариком мы пробрались по барханам в затан. Ничего особенного, пара десятков шатров, расположенных вокруг  небольшого водоема. Странно, но ничто не указывало на прошедшую песчаную бурю. Под ногами шелестела трава, окружали крошечный оазис настоящие высокие деревья.

Между шатрами горели костры, около них стояли жители пустыни, и мне показалось, что они ждали именно нас.  

Солдаты расположились на траве, прямо возле шатров. Я вручил поводья коня какому-то мужчине, знаками попытавшись пояснить, что делаю ему подарок. Местный житель обрадовался и повел животное к колодцу. А ко мне подошел Тевелин-баба. 

Старик долго смотрел мне в глаза, так, что даже неуютно стало. Потом, кивнув, словно увидел что-то важное, указал на самый высокий в селении шатер, расшитый узорами.

Войдя, я застал там Дрианна и Салима, которые сидели на полу, поджав ноги, и что-то пили из маленьких глубоких мисочек. 

Я опустился рядом, мне сунули такую же посудину. Глотнув, ощутил аромат какого-то травяного напитка, похожего на чай. Проводник блаженствовал, но не забывал даже в сидячем положении кланяться старику, выражая ему почтение. Лицо Дрианна выражало удивление, парень явно не понимал, почему именно он удостоился чести быть приглашенным в дом главы затана.

 

— Айшет! — негромко произнес старик. 

Тяжелая штора, отгораживавшая гостевое помещение от другой половины, отодвинулась, и нашим глазам предстала юная девушка. Невысокая, тоненькая, смуглая и большеглазая, она напоминала лань, так трепетны и грациозны были все ее движения. Черные волосы были заплетены в четыре длинные косицы, маленькую головку венчала плоская шапочка с нашитыми по краю золотым монетками, которые, сталкиваясь, звенели при каждом шаге.

Одета девушка была в длинную, до колен, свободную рубаху и широкие шальвары. Изящные ножки обуты в мягкие красные сапоги. 

— Дочь Тевелин-баба, Айшет, — представил Салим, приглашенный сюда в качестве переводчика. 

Мы с Дрианном поднялись и отвесили девушке поклоны. Айшет, не привыкшая к таким проявлениям галантности, слегка смутилась и прикусила губу, скрывая лукавую улыбку. По знаку старика поставила перед нами блюда с угощением.