История бастарда. Имперский ястреб

Или капрал нарочно повел всю роту на погибель?.. Ливень плохо действовал на мой характер: я начинал подозревать всех и каждого. 

Мы шли по заболоченной равнине, изредка перемежавшейся жиденькими перелесками и низкими пригорками. С самого утра ничего особенного не происходило, и я начал надеяться, что сумею прожить этот день, не ввязываясь в опасные эскапады. 

Но человек предполагает, а Луг располагает… Сзади раздался крик, следом — щелчки арбалетов. Слева от меня что-то неприятно зашуршало, и я увидел длинное, стремительно удаляющееся черное тело.

Змеища, в блестящей шкуре которой торчало несколько арбалетных болтов, извиваясь, скрылась за дальним пригорком. Готов поклясться, ее длина была немногим меньше фихта, а толщиной тварь не уступала столетнему дубу. 

— Мраков глоухт Миха проглотил, — крикнул сзади Эцони.

— Глоухт? — я почему-то представлял себе их иначе. 

— Да, — откликнулся Зарайя. — Невесть откуда взялся в этих краях, наверное, из болота вылез. Теперь, пока не нажрется, не отвяжется.

 

Из болота?! Позвольте, но капрал же уверял, что глоухты водятся восточнее. Сначала я передернулся, представив, что было бы с нами, напади змея в тот момент, когда мы застряли в трясине. Потом до меня дошли последние слова Зарайи. Что?.. Не отвяжется?... Словно подтверждая верность услышанного, впереди закричали:

— Возвращается! 

— Командуй круги, лейтенант! — заорал Йок. 

— Круги! — рота, моментально перестроившись, встала двумя кольцами: наружное составляли мечники, на расстоянии двух шагов от них стояли арбалетчики.

С воплем: «Магов в середину!» — нас с Дрианном затолкали в центр образованной телами воинов фигуры. 

С бешеной скоростью глоухт подполз… Нет, слово «подполз» здесь не годится, он перенес свою тушу к нам, сделал быстрый бросок, собираясь схватить одного из солдат. Но, получив удары сразу нескольких мечей, отпрянул. Сообразив, что ощетинившееся клинками войско не отдаст вожделенную пищу без боя, змей изменил тактику.

Он поднялся на хвосте, над нами закачалась его огромная голова с жадно разверстой пастью. 

— Пли! — крикнул Лютый.

В глоухта полетели болты. 

Однако покрывавшие тело змея блестящие, как слюда, чешуйки, каждая из которых была величиной с блюдце, оказались еще крепче, чем шкура тролля. Болты пробивали их, но застревали в жесткой поверхности. 

С момента появления глоухта я начал судорожно соображать, какое заклятие способно с ним справиться.