Гвардеец. Том 1. Вернуть величие

Да, я даже не знаю, про чью мать речь. Даже представить не могу, как она умерла. Но кем бы она ни была, унижает это на данный момент моё достоинство.

— Мелковато… — хмыкнул я, витая в метре над землёй.

— Чего? — скривился тот. — О чём ты, обоссыш?

— Для дворянина мелковато сыпать угрозами в присутствии дюжины союзников, которые явно не просто так меня окружили, — оглянулся я с улыбкой на губах. — Я привык решать конфликты в дуэли. А сейчас это лишь жалкая потасовка.

— Дуэль? С тобой? — хохотнул он, а затем замахнулся.

— Ах ты… смешной, гадёныш! Бейте его, парни!

Этот мир явно устроен иначе. И это настораживает. Наверное, биться с ними в новом обличии — решение не самое-самое. Я планировал свои жалкие сгустки энергии направить в чуть более созидательное русло, но раз ситуация сложилась так…

Моё тело медленно стало покрываться тонким слоем металла.

— Я не поняла! — внезапно прозвучал женский величественный голос, который быстро утихомирил конфликтующих. В том числе и меня. — Вы что тут все делаете, мальчики?! Ну-ка бегом смотреть салюты в честь дня Великого Испепеления!

— Да, Марья Ивановна, — быстро отпустил меня Алексей и, пронзив гневным взглядом, направился к женщине.

Остальные последовали его примеру.

Когда на крыльце не осталось никого, я протянул руку Игорю. Тот всё ещё стоял на колене и подрагивал.

— Всё закончилось, мой милый друг, — успокаивающим тоном протянул я. — Ты можешь встать.

Наконец мы покинули территорию крыльца. Впереди появился фонтанчик — выплыл из-за угла, более не скрываемый ровно стриженными кустами, через которые мы вышли минуту назад.

Оказавшись в школьном дворе, мы присели на лавочку. Приятель достал сигарету и закурил её, положив ногу на ногу, а я поглядел в небо.

Ух ты-пух ты, это ж звёзды. Двести лет не видел такой красоты.

Парень что-то увлечённо бормотал, а я не слышал его. Даже когда тот сказал что-то вроде «я пойду посмотрю салюты, а тебе будет безопаснее тут побыть и домой уйти», не обращал на него внимания.

Улыбался свежему ветерочку и наслаждался запахом весны. Там, в помещении, стояла такая вонь, что сейчас свежесть казалась блаженной.

Двадцать лет войны, где глоток свежего воздуха стоил целое состояние, а звёздное небо было видно лишь во снах, а затем в десятки раз больше лет в заточении. Не мудрено, что каждый мой вздох был крайне ценным и прекрасным. И думать не хотел о том, в каком именно теле предстал перед Богами.

Цокот каблучков одёрнул меня.