Аристократ по праву сильного

Этот взрыв прошёл не так безобидно. Каменная кладка шрапнелью срезала пару ребят.

Ложкина, который лежал у самой стены, завалило камнями. Но на его счёт я не беспокоился. После того как в нас поместили те кристаллы, оказалось что у него сродство с камнем. Теперь ему даже многотонные булыжники не причиняют ущерб, зато он из них хоть апельсиновый сок может выжимать.

— Ну что, солдаты, кажется у нас вечеринка “Горящая казарма”? Кто принес зефирки? — как всегда бодрым тоном пошутил рядовой Соснин.

Я нащупал ботинки и быстро натянул их на ноги.

Портянки закрепил на поясе, зажав резинкой от трусов. Сейчас не до них. Пламя горело уже в нескольких углах казармы, в том числе и у входной двери.

Ребята из нашего взвода носились по помещению в поисках выхода.

— Сибирский, погаси огонь, — рявкнул носящийся по комнате сержант Маслов.

Я уже и без его команд в одних трусах да ботинках нёсся к самому яркому источнику пламени. Рыжие всполохи, как огромные лисьи хвосты перекрывали подступы ко входной двери.

Вытянул руку, начал впитывать пламя в себя.

Мне даже показалось, что я увидел недовольную лисью морду, что оскалила острые зубы, – мол не дали разыграться как следует.

Потряс головой, опять эти видения. Пару месяцев назад я заметил, что вижу огонь иначе. Сначала не понимал в чём дело, а потом стал замечать странности. Теперь он всё чаще видится мне как самая настоящая лиса, со своим характером, к слову весьма строптивым.

Из-за того, что мне одному во взводе мерещилась эта лисья морда, меня уже прозвали Лисом.

После, ко мне и вовсе стала являться самая настоящая лисица. Мои товарищи, что сначала подтрунивали надо мной, вмиг поутихли. Тем более что никто так и не смог понять, откуда она всё время появляется и куда исчезает.

Впрочем, я привык и к прозвищу, и к тому что порой вижу лису, тоже привык. Забавная, хоть и своенравная.

Мне такие нравятся.

Я по настроению в последнее время тоже стал здороваться с ней. Но сейчас оскалил зубы. Очень уж ситуация волнительная.

Вот и сейчас пламя окончательно приняв вид большущей лисицы неохотно, прыгнуло мне на руку.

Жар тут же впитался в ладонь и растёкся по телу.

До этого, на тренировках, я однажды впитал жар от целого горящего сарая. Я тогда получил огромное удовольствие. Как гурман съевший большущий стейк. Но, как оказалось, пламя от дерева, и пламя от горючей смеси ощущалось по-разному. Эта гадость горчила так, будто я наелся дёгтя.

Поморщился, но втягивать огонь не перестал. Может он и не вкусный, но он огонь.