Аристократ по праву сильного

Выходи, я отвезу тебя домой.

Я и вовсе перестал что-то понимать. Стараясь не шуметь, оглянулся по сторонам. Здесь еще и Лёшка какой-то прячется. Тут меня осенило. Отец, брат. Если он говорит про отца, значит, возможно, он ищет своего брата. Если здесь где-то затесался другой аристократ, то он видел, как я забирался в куст. Соответственно, может меня выдать. Да что там выдать, два аристократа сделают из меня запечённую утку. Похоже моя хитроумная западня оказалась ловушкой для меня самого. Вот это поворот.

Я так напрягся, что аж зубы заскрипели.

Тем временем аристократ не сдавался:

— Лёха, сюда иди, я говорю. Я же вижу, что ты за тем деревом. Или кустом. Или ты хочешь, чтобы я тебя сам оттуда вытащил?

От этих слов меня и вовсе прошиб холодный пот. Всё, кранты. Ну нет, так просто я не сдамся.

И хотя пули на них не действуют, у меня есть кое-что получше. Недолго думая, сформировал снаряд из пламени, как учили нас в школе, максимально сжал его, чтобы усилить воздействие, и запустил прямо в лоб аристократу.

Стоило мне лишь рукой взмахнуть, как лицо аристократа переменилось. Черты его вдруг обострились, стали более жёсткими, а взгляд теперь походил на взгляд зверя.

Снаряд попал аккурат в лоб аристократа, но ничего не произошло. Вернее, аристократ остался жив, а вокруг него засиял голубоватым светом плотный купол щита, а мой огненный снаряд стёк с купола, будто дождевая капля.

— Ну, раз уж мы друг друга поняли, — вдруг хищно хохотнул он, — тогда, братец, обижаться ты не станешь.

Аристократ тут же выпустил ладони вперёд. Перед ним вспух здоровенный багровый пламенный шар. В следующий миг, шар приобрёл форму головы здоровенного ящера и оскалив пасть полетел в мою сторону.

Я, недолго думая, тут же бросился бежать.

Спину обожгло пламенем. И это через щит. До этого я думал, что огонь меня обжигать не должен. Теперь эта уверенность пропала.

— А ну стоять! — раздалось за спиной.

Ага, щас.

Я услышал, как загудело пламя. Поток пламени был такой мощи, что сырое дерево тут же схватилось и принялось гудеть. Точно лесной пожар будет, - пронеслось в голове. Да хотя какая разница. На этой линии фронта, по итогам войны, всё равно ничего живого не останется.

Тем временем мимо меня пронеслось ещё несколько тонких, но очень жарких струй пламени. Я будто шестым чувством ощущал, куда будут направлены удары, и вовремя успевал уклониться.