Аристократ по праву сильного

Я помнил, что при попадании ядерной бомбы человека если не испепелит, то он гарантированно ослепнет на какое-то время. Нам рассказывали, что взрыв сопровождается такой яркой вспышкой, что даже закрытые глаза не спасут. И если даже сразу не получить смертельные световые ожоги и даже если не снесет огромной ударной волной, то вскоре добьют радиоактивные осадки и лучевая болезнь.Что и говорить, куда лучше погибнуть в бою лицом к лицу с противником.

Если честно, я хоть и патриот, и пошёл на войну, зная, за что буду бороться, но всё же вопрос будущего аристократии заботит меня куда больше.

И все эти разговоры про бомбу, про превосходство противника отходят для меня несколько на задний план. Если уж бомбу и сбросят, я бы хотел, чтобы её сбросили где-нибудь в Санкт-Петербурге. Желательно над поместьем рода Саламандровых. Чтобы всю эту погань сожгло к чертям. А там уж как-нибудь отстроимся, разберёмся. Если выжевем.

Что касаемо военных действий, я действительно считал, что наши бойцы и учёные не уступают западным.

И сколько бы враги ни пыжились, мы и без магии их в бараний рог скрутим.

— Но вот один вопрос мне покоя не даёт. Вот мы ушли в отдельное подпольное подразделение. И вот хотим, чтобы все аристократы вымерли. Но если же мы всех аристократов перебьём, то кто с западниками будет воевать? - продолжал гнуть свое Петрушин.

— Мы и будем, — спокойно заявил я, продолжая вышагивать. — Ты поменьше думай. Для этого у нас руководство есть. Твоя задача - быть сильным воином. Может быть, ты однажды поведёшь всех нас в бой.

Рядовой от этих слов призадумался.

— Я? В бой? — задумчиво произнёс он.

— Ну да, будешь нашим командиром.

Видимо, такая перспектива всерьёз заинтересовала и вдохновила Петрушина. Он надолго задумался, а главное замолк.

* * *

— Петрушин, ты мне пистолет бы дал. А то у меня с собой только нож, — прикинув, попросил я спустя некоторое время

Петрушин с подозрением посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на свой пистолет.

— Огнестрельное оружие нельзя оставлять без присмотра и никому отдавать, — неожиданно твёрдо заявил он.

— Но у меня оружия нет. И если мы сейчас попадём в засаду, ты будешь из двух рук стрелять? Сразу из автомата и из пистолета? — с усмешкой спросил я.

— А ты где своё оружие оставил? — ехидно заметил рядовой. — Меня, между прочим, за такое месяц заставили толчки надраивать.

— Своё главное оружие я взял, — невозмутимо ответил я и похлопал себя по ножу. — А огнестрельное оружие, оно вспомогательное, для обычных людей.