"Выход"

Уже скоро ты будешь казнен владетелем этих земель за убийство пятерых его воинов — описал мою судьбу этот рогатый мальчишка, а в ответ получил лишь громкий и вполне искренний смех. Меня очень порадовала возможность забрать с собой в посмертие не только сильных бойцов и нового главу этой захваченной тварями деревушки. Я долго смеялся, выплескивая в мир свое счастье от такой неожиданной удачи и поворота судьбы. И даже когда крышка с грохотом упала, вставая на место и вновь отсекая весь свет, меня еще довольно долго разбирало бесшабашное веселье стремящегося к славной смерти воина.

И лишь через некоторое время, когда на погреб вновь опустилась полнейшая тишина, я даже удивился вновь услышав голос все того же рогатого парня.

— Если ты хоть немного меня понимаешь, то скажи слово ДУЭЛЬ перед своей казнью. Лишиться головы ты всегда успеешь, а так хотя бы немного порадуешь нас хорошим боем. Да и славу нашего владетеля Каринтромала еще немного упрочишь. Запомни слово, ДУЭЛЬ.

ДУЭЛЬ. Короткое слово ДУЭЛЬ. Это бой насмерть между двумя воинами. Называется ДУЭЛЬ. Запомни, ДУЭЛЬ. ДУЭЛЬ… — он еще с десяток раз повторил это странное слово, будто пытаясь научить ворона какому-то бранному ругательству, но не дождавшись от меня хоть какого-то ответа, успокоился и замолчал.

Ну а я, растянув губы в хищной предвкушающей ухмылки, с нетерпением ждал скорого сражения до смерти, при этом уже в мыслях повторяя очень понравившееся мне слово. Такое короткое и такое многообещающее.

«Дуэль. Дуэль. Дуэль. Дуэль…»

Глава 19

Когда, подцепив крюками за цепи, трое мужиков начали вытаскивать меня из погреба, я даже не думал сопротивляться или дергаться. Из-за увеличения силы мои мышцы стали не только прочнее, но еще и тяжелее, поэтому рогатым и так было нелегко. Даже не пытаясь поднимать, они просто волокли меня по земле, тихо ворча и ругаясь когда их крюки опять срывались при очередном рывке. Один бледный даже не выдержал и в сердцах пнул меня с досады…, но лишь отбил ногу об цепи и, зло шипя, долго прыгал на одном месте, пережидая вспышку боли.

Ну а я, глядя на их потуги и мучения, лишь широко улыбался, вызывая у мужиков еще большую злость. Но мне было плевать на их недовольство, так как в моих глазах они были лишь говорящими мертвецами. Хотелось уже сейчас сорвать с себя эти хрупкие цепи и залить незнакомую улицу чужой деревни кровью разумных чудовищ.