Шелет

Рядом шагали товарищи, столь же безмолвные, столь же целеустремлённые.

Первый враг выскочил оттуда, откуда не ждали. Он укрывался за валуном, в невидимой со стороны нише в стене. Невысокий, чуть более полуметра зверь, походящий на смесь волка и обезьяны. Волчья часть задняя, а передняя — от примата. Плоская морда твари словно пародировала человеческое лицо своими грубыми чертами, хотя клыки явно достались от волчьей половины.

Враг прыгнул на скелета, что шагал справа от Романа. Несмотря на небольшие в сравнении с костяным воином размеры, он сбил его с ног, отбрасывая на противоположную стену.

Пожалуй, будь на месте скелета обычный живой боец, он бы оказался оглушён и ошеломлён таким нападением. Вот только кости нельзя сбить с толку. Упавший выпустил топор и схватил костяными пальцами противника. Роман, уже разворачивающийся для того, чтобы помочь напарнику, услышал, как хрустнули тонкие кости противника. Полуобезьяна тоненько взвизгнула, попытавшись укусить своего пленителя, но её клыки лишь бессильно проскребли по усиленным костям нежити.

В следующую секунду визг оборвался. Один из скелетов обрушил на голову полуобезьяны топор, раскроив череп так легко, будто тот был сделан из простой бумаги. Роман, собиравшийся сделать то же самое, остановился, а затем повернулся и зашагал в прежнем направлении. Он не чувствовал ни радости от того, что первый противник был повержен, ни даже раздражения, что у него забрали законную добычу. Все они в этом отряде являлись одним целым.

Какой смысл переживать о том, кто нанёс последний удар? Цель у них одна. И выполнение её важно для каждого в одинаковой степени.

Через двадцать шагов проход перед ними просветлел. Настоящая живая волна, состоящая из десятков полуобезьян, неслась на них длинными прыжками, вереща и подвывая на ходу. Роман поднял топор. Теперь и ему хватит врагов. Возможно, даже с избытком. Перед лицом появилась морда с широко раскрытой в зверином оскале пастью, и он махнул топором, сбивая противника на лету…

Вспышка.

Грохот раскалывал небеса. Затянутые низкими, чернильными тучами, они лили на живущих целые водопады холодной воды. Ливень был настолько плотным, что уже в нескольких шагах было сложно увидеть хоть что-то. И пусть зрение скелета отличалось от человеческого, даже для него эта водяная движущаяся стена представляла серьёзную проблему.

Тогда как их сегодняшний враг таких затруднений не испытывал. Роман знал это, хотя не мог бы сказать, откуда.