Шелет

Юноша же не понимал, что требуется, поэтому тоже стоял молча. Наконец, поняв, что мужчина не собирается вступать в диалог, Роман прокашлялся и бочком протиснулся мимо стоящего, после чего заспешил вниз. Через пролёт он уже полностью выбросил из головы странную встречу. А вот мужчина не забыл о Романе. Более того, он включил молодого человека в свои планы.

— Ла ас пек тум меу пен тру тайн! — произнёс он негромким мягким голосом, вибрирующим и наполненным силой и властью.

Роман почувствовал тёплую волну, прокатившуюся по телу.

Ощущение было странным, он даже остановился на секунду, прислушиваясь к себе. Однако, больше ничего не происходило, поэтому юноша двинулся дальше. Впрочем, заметить изменения, произошедшие с ним, можно было только со стороны. Вместо неуклюжего оболтуса, который вышел из съёмной квартиры, сейчас по ступенькам весьма бодро спускался тот самый незнакомец! Роман стал похож на него как две капли воды.

Толкнув дверь из подъезда, юноша вывалился на улицу. В глаза ударило закатное солнце, отчего он притормозил и зажмурился.

«Надо было солнечные очки захватить. Весна ещё, конечно, только началась, но это солнце…»

Над головой что-то громко треснуло, будто разорвали кусок плотной ткани. Роман поднял голову и успел увидеть падающий на него кусок стены. Испугаться юноша не успел, мощный удар по голове погрузил его в беспамятство.

Реальность возвращалась кусками. Первым стали запахи. Причудливый коктейль, от которого судорожно сокращался желудок, был самой противной вонью, что только вдыхал за свою жизнь Роман.

Дыхание невольно стало неглубоким. А ещё через несколько секунд юноша догадался, что можно дышать ртом. К этому моменту к нему вернулись воспоминания, а вот сигналы с органов чувств запаздывали.

«Я в больнице лежу? В реанимации? Может, у меня голова замотана бинтами, поэтому и не вижу ни хрена?»

Вопросы теснились и толкались в голове. Пришлось сосредоточиться и отогнать их. Сначала следовало получить больше информации об окружении. Тем более, что к этому моменту Роман как раз осознал, что к нему вернулось осязание.

Он лежал на твёрдой и тёплой ровной поверхности. Воздух, касающийся кожи, тоже отличался довольно высокой температурой. Мелькнула мысль о том, что он лежит на полке в бане или сауне, но её тут же пришлось отбросить в силу полной абсурдности.

Роман попробовал поднять руку, но та не сдвинулась. Нет, приказ мозга дошёл до мышц и те откликнулись, но перемены положения так и не случилось.