Гротенберг. Песнь старого города

Слушать о том, что находится где-то далеко, за пределами высоких неприступных стен, и недвижимых горных хребтов всегда было интересно. Однако на все расспросы о семье, маг — а он таковым являлся, пусть и, по его словам, очень и очень слабеньким — лишь улыбался, и говорил «не стоит смотреть в душу человеку, если не хочешь, чтобы он заглянул в твою». Не зная того, что может его магия, я даже первое время боялся — вдруг он правда может увидеть во мне всё-всё? Когда он услышал о том, что я подозревал, южанин беспечно рассмеялся, и ответил, что это дело других чародеев, а у него была другая роль.

Мой же наставник вообще говорил о том, что в какой-то момент понял всё предназначение Пути, и двинулся по нему, и не намерен сворачивать никуда. Отчего-то этот путь праведника вполне принимал вооружённый грабёж, но сторонился преднамеренного убийства.

Жизнь, как видно, посчитала иначе, или решила поиздеваться над Диором.

— Если что-то пойдёт не так, то ваши данные окажутся в руках Первого Капитана. — Предупредил меж тем заказчик.

Мужчина протянул Диору контракт, и рядом положил перо. Чернильница уже была открыта. Диор метнул ещё один уничижительный взгляд на обоих, и взял перо. По контракту он прошёлся мельком. Почему-то я не сомневался, у него было время его изучить досконально.

Практически с явным отвращением Диор оставил размашистую роспись, и брезгливо отложил лист от себя подальше. Его тут же подхватил мужчина, и вновь ухмыльнулся.

— В течение пары дней к вам заглянет слуга, и вы передадите им точный список того, что вам понадобится. На этом, мы распрощаемся. — Он поднялся, сгребая документы со стола, а после подал руку спутнице. Она отставила кружку с так и не выпитым чаем, поднимаясь, и, не удостоив нас ни единым взглядом, вышла из нашей каморки.

В этой тишине звук, закрывшейся двери показался оглушительным. Все мы ещё некоторое время вслушивались, стараясь уловить если не ухом, то душой, в звук удаляющийся шагов.

— О Боги, за что… — Первым «сломался» Диор, накрыв руками голову.

Огюст похлопал его по плечу успокаивающее.

— Таковы причуды Нитей Судей, друг мой… — в отличие от нас, его вера была другой. В целом-то, это и неудивительно. Другая культура, другая страна, другие обычаи. — Когда-нибудь Хтама должен был увидеть то, сколько зла мы привнесли в этот мир, и пустить по пути искупления через Первозданную Тьму.

Диор поморщился.