Наруто: Сошедшие с небес (Заморожен)

Костры потухли. Звук стих. Лишь редкие шаги патрульных, да командиров, занятых вопросами планирования, тревожили мирную обстановку готтгенфюера.

Место дислокации «Красного» было защищено со всех сторон частоколом, каменными преградами и рвом, заграждающими собой ночлег окопавшихся здесь людей.

В северо-восточной части лагеря можно было разглядеть с два десятка аляповатых каменных сооружения, созданных с помощью ниндзюцу. Они имели форму квадрата, площадью чуть больше двадцати двух квадратных метров. С одной из сторон выступала небольшая выпуклость, в полтора-два метра, под которой находилась выгребная яма.

Еще с одной имелись каменные «прутья», преграждающие путь на свободу людям внутри. «Дверью» в эту коробку служил валун, который сейчас закрывал вход.

Если заглянуть в один из этих ящиков, то можно было увидеть следующую картину:

Внутри спали женщины и дети, жмущиеся друг к другу. Лежали они на каменном полу, через который проступал ночной мороз. И чтобы не замерзнуть, эти люди подкладывали под себя: старую изношенную ткать, порванную одежду и тряпки, мешки от еды, а также – некоторые счастливчики – шкуры животных.

Но жались они к своим соседям не только потому, что мерзли. Нет. Дело еще в ограниченности пространства вокруг. Места там было настолько мало, что некоторым женщинам приходилось спать, сидя уперевшись спинами друг к другу. А кто-то и вовсе создал живую кучу из человеческих тел.

Само помещение не блистало чистотой. На кривой и перекошенной каменной платформе, – исполнявшей роль пола, – можно было видеть земляные камки, да листья с прутьями, принесенными сюда ветром.

Но вместе с упомянутым, в это узилище занесло и их обитателей – червей, муравьев, богомолов и других букашек. И сейчас младшие соседи людей активно обследовали свой новый ареал обитания, расползаясь по всей коробке.

Девушки и дети также не были образцами чистоплотности – правда в этом была не только их вина. Те же листики с прутьями залетали в волосы людям, оседая там, будто найдя новый дом. В целом про них можно сказать, что они были больше похоже на детей природы, диких, грязных, нецивилизованных, которые оказались вне общества, становясь либо животными, либо божествами.

И вот, среди этих неказистых коробок, была одна, где спала девочка, выделяющаяся собой от остальных. В отличие от других детей – да и взрослых тоже, – она пребывала в одиночестве. Отгороженная ото всех, словно изгнанная, девочка спала почти что у самых прутьев, – этим нелюдимым ребенком была Аями.