Аристократы улиц

Как ни странно, существо будто бы меня поняло:

— Рад познакомиться, юный господин, — поклонилось оно. — Меня зовут Добран, я ваш домовой. Вообще-то, не принято нам, волшебным существам, приближаться к младенцам. Простите великодушно, вынужден был.

— Бросьте вы, — сказала нянечка. — Спасибо, что анчутку прогнали. Он сглазить мог нашего Эспера.

— Это вряд ли, — хитро сощурился домовой. — Его высочество остановил нечистого Взором.

Тогда я ещё понятия не имел, на что способен взгляд истинного дворянина. Однако нянечка и гвардейцы изумлённо уставились на меня.

— Так рано? — буркнул солдат.

Я посмотрел ему в глаза. Не понимая, что делаю, я вдруг почувствовал, что мой взгляд действительно обладает силой, и не удержался от того, чтобы направить её на гвардейца.

Лицо мужчины напряглось, он быстро отвёл глаза и прижал ладонь ко лбу.

— Ничего себе, — пробурчал он. — У его сиятельства действительно Взор открылся! Да ещё и сильный такой.

— Похоже, юный господин очень талантлив, — с улыбкой сказала нянечка.

— Так оно и есть, можете мне поверить, — кивнул домовой.

Снова поклонившись, Добран скользнул в щель между паркетными досками и просочился в неё, как дымок.

Так я узнал сразу несколько вещей. Что в мире есть не только магия, но и магические существа. Как добрые, так и злые. Что люди, которые не владеют магией, могут использовать артефакты. Например, защитные, которые применили гвардейцы, забежав в комнату.

Немного позже я узнал, что магией обладает лишь ограниченный круг людей.

И да, у меня действительно оказался сильный талант. Который, впрочем, было необходимо упорно развивать.

День встречи с домовым и чёртенком-анчуткой я запомнил очень хорошо. Потому что именно тогда я вдруг понял, насколько восхитительный второй шанс мне выпал.

Взрослеть оказалось намного интереснее, чем в прошлой жизни. Ведь на этот раз я с самого рождения осознавал себя и к тому же понимал, какие перспективы открываются передо мной.

Знатное происхождение, великолепный магический талант, возможность получить лучшее образование и связи. Каждый новый день будоражил так, будто это самый важный день в моей жизни. По утрам я всегда просыпался с улыбкой, полный сил и вдохновения.

Расписывать, как прошли мои дальнейшие восемнадцать лет в новом мире, нет большого смысла. Скажу лишь две вещи.

Первая — я проникся глубоким уважением к детям.