Лунокровные ягоды

В следующий миг охранитель забулькал кровью, когда, сминая и разрывая доспехи, чудовище вгрызлось в его живот, и рывком вырвало огромный кусок плоти. Ладони охранителя разжались, выпуская оружие, в безуспешно пытаясь отпихнуть от себя морду чудовища. Быстро мутнеющим взглядом Олган нашел всё так же счастливо улыбающуюся княгиню. Покачивая бёдрами, женщина подошла к своим вещам, и накинув куртку, достала что-то из кармашка. Опустившись рядом с хрипящим охранителем на корточки, женщина вытянула руку над его страшной раной, и уронила с ладони небольшое черное семечко.

- Видишь, что бывает с теми, кто называет меня тварью, мальчик? Когда я узнаю, что на той стороне и вернусь, твоих детей ждёт куда более страшная участь! Что? Что ты там бормочешь? – нахмурившись, Марита склонила над умирающим мужчиной голову.

- У… бей… их… Убе…й… всех…

- Ты хочешь, чтобы я их убила? – удивлённо распахнула глаза женщина, но в следующий миг из груди Олгана ударил белый свет, и дух золотого зверя моментально сбил закричавшую от боли княгиню, закрывая её своим телом.

Вырвавшаяся из тела охранителя нежить тут же направила ярко горящий фонарь на завывшего зверя, золотая кожа которого начала покрываться волдырями и рассыпаться в прах. Хищное лицо прекрасного призрака и огромные когти на второй руке внушали трепет, но корчащийся от боли зверь всё равно бросился в бой, старательно закрывая собой воющую от боли княгиню.

Схватка двух призраков продлилась недолго. Заживо сгорающий, изрезанный когтями зверь смог нанести Собирающей Души немало ран, прежде чем развеялся окончательно. Когда золотое свечение зверя истаяло, вынырнувший из беспамятства Олган бросил взгляд на поле битвы, и осознал, что в помещении воцарилась неестественная тишина, но мелькнувшая у портала тень заставила с трудом сфокусировать на ней зрение.

Княгиня. Некогда красивая женщина стояла у начинающего гаснуть портала, и ненавидяще сверлила мужчину единственным глазом. Левая половина женщины иссохла, не оставив и следа былой красоты. Обтянутые пергаментной кожей кости лица скалились демонической улыбкой, а здоровая рука баюкала на груди скелетированную левую. Поймав взгляд охранителя, княгиня истошно закричала, топая по каменному полу голыми ногами.