Маг имперской экспедиции

Выглядела Марта действительно очень очаровательно.

Она засияла при моем появлении еще сильнее, однако тут же ее лицо омрачилось.

- Ой, у тебя там помада на шее, - с грустью в голосе произнесла она.

Так вот почему та рыжая все время ржала. Я впопыхах даже не посмотрелся в зеркало – так пошел. И ведь никто же не указал на это.

- Спасибо, - улыбнулся я, доставая из кармана носовой платочек в клеточку.

- Пожалуйста, - она отвела глаза в сторону.

Марта торопливой походкой пошла в сторону графа Тетерева. Странное у нее поведение. Чего она ни с того ни с сего вдруг расстроилась? Неужели там была не просто помада, а целый засос? Пусть даже так, но что Марте до этого?

Мои мысли прервал статный мужчина в возрасте в красном бархатном фраке, вышедший прямо посреди оперы на сцену. Он щелкнул каблуками с чрезмерной громкостью, будто обувь у него была как у танцоров чечетки. Громогласный голос о приглашении гостей к столу был настолько силен, что даже самый рассеянный и задумчивый человек определенно услышал слова мужчины.

За столом нас хотя бы усадили в более-менее приличное место. Я как-то умудрился попасть по другую сторону стола и пару стульев вправо от самого генерал-губернатора. Он тут же радостно кивнул мне.

- Вы в своем репертуаре, Любомирские, - подметил он, улыбаясь как-то по-отечески.

- Вам понравился мой подарок Сергей Валерьянович? – Спросил с интересом я.

- Интересный, но, извините, я передал его Августу Христофоровичу. В его коллекции как раз этому экспонату самое место.

- Ну что ж, надо будет прийти посмотреть, как та вещь вписалась, - я со смехом пожал плечами. Забавляли меня воспоминания о том, что мне сказали держаться оттуда подальше.

Сидящие рядом люди даже не понимали сути нашего разговора. Они с интересом переглядывались между собой, явно стесняясь уточнить, что же конкретно за подарок там был.

Я бы посмотрел на реакцию того толстого владельца банка или его очень усталого вида жены с седыми проседями, запрятанными глубоко внутрь укладки. Тот прокурор с бакенбардами выронил бы свой монокль прямо в тарелку с супом, едва бы я зарекнулся о коробке господине Тесокабэ. Или еще много кто. Даже жаль, что никто не переспросил.

Еда заранее на столах не стояла из соображений того, что могла там за время ожидания остыть.