Девятая крепость

У капитана бы был удар, мысленно усмехнулся Рем, подходя к воротам.

— День добрый, служивые. — Он приветственно махнул рукой.

— И тебе погранец, день добрый. Помочь чем? Небось, на сбор?

— Точно, туда. Что, много народу собирается? — поинтересовался Рем.

— Да как тебе сказать... Собирается много, у нас вот многих брали. Он вот ходил. — Стражник махнул рукой на молчащего соседа. — Да только берут не всех. Некоторые неделю добирались и на второй день уже в обратный путь собрались... Ну, ты иди, может Локо к тебе повернется.

— Тебе к казармам, — оборвал его второй стражник, — по этой улице до конца и налево, там спросишь. Пусть бог удачи последит за тобой.

— Ну что же, посмотрим, кто из вас чего стоит. — Грузный немолодой усач расхаживал перед строем из пяти воинов, прибывших за последние сутки.

— Каким оружием лучше всего владеешь? — Он подошел к крайнему, худощавому высокому блондину, явно уроженцу северных провинций.

— Лук, сэр, длинный лук.

— Ну, вот с тебя и начнем. Кто-нибудь еще считает, что лучше всего умеет владеть луком? Никто? Тогда ты один — вперед, мишень пятьдесят шагов, десять стрел, можешь не спешить.

Рем всегда восхищался лучниками. Сам он луком владел неважно, иногда ему приходилось пользоваться арбалетом, и, хотя с ним многие бы могли поспорить, считал, что арбалет значительно проще в применении, чем лук.

Лучник подошел к рубежу и одним плавным движением вытащил стрелу из колчана, наложил ее на тетиву и выпустил в цель.

— Я же сказал, можешь не спешить, — рявкнул усач.

Вторая стрела ушла выше мишени, зарывшись в стоящий за нею стог, зато третья и четвертая легли практически точно в центр мишени. С разной долей успеха выпустив все десять стрел, лучник отступил с рубежа. В мишень попало семь стрел, и только три из них можно было считать выпущенными успешно.

Наш капитан за такую стрельбу заставил бы полдня чистить конюшни, а потом еще столько же тренироваться на мишенях, усмехнулся про себя Рем. Все-таки жизнь в пограничной крепости сказывалась на подготовке.

— Все ясно сынок, можем не продолжать. — Усач покачал головой. — Возвращайся в свои казармы, доложишься командиру и передашь ему, чтобы он побольше занимался твоей подготовкой.