Тени Чернолесья

Устроившийся возле огромной деревянной бочки хмурый мужик налил пиво в потертую глиняную кружку, протянул ее капитану и сердито произнес:

 – Посуду вернешь, понял? А то знаю я вас...

 – Она ведь тоже бесплатная? – Джеко с сомнением осмотрел грубую и слегка щербатую емкость. – Император сказал...

 – Много ты знаешь про императора, – мужик агрессивно упер руки в бока. – Откуда посуду на всех взять, а?

 – Так пусть со своей приходят...

 – Тогда давай обратно пиво и возвращайся с кружкой, ясно?

 – Слышь, болтун, – раздался позади чей-то недовольный голос.

 – И посуду вернуть не забудь!

Спорить с жаждущими угощения людьми было глупо. Лорд отодвинулся немного в сторону, прислонился к фонарному столбу, а затем продолжил наблюдать за жизнью города.

Кроме выдававшего пиво мужика, на площади расположились несколько музыкантов, жонглер и зверолов, демонстрировавший пойманного в устье Ледяной крокодила.

Огромный черный ящер сидел в железной клетке, ворчал, щелкал пастью и всячески демонстрировал свой дурной нрав.

 – Его можно потрогать, – донесся до капитана голос охотника. – Не бойтесь! Сзади он безобидный!

В скопившейся на безопасном отдалении толпе послышались боязливые смешки, но спустя несколько секунд какой-то паренек все-таки воспользовался предложением, подошел к клетке и осторожно взял крокодила за самый кончик хвоста. Зверь дернулся, вскинул голову, а затем выдал новую порцию ворчания. Смельчак с руганью и смехом отскочил назад.

Лорд сделал глоток, недовольно скривился и перевел взгляд на жонглера. Потом на музыкантов, снова на жонглера...

С точки зрения командира тайной стражи, ничего интересного в столице не происходило. Люди веселились, возносили хвалы императору, глазели на организованные для них представления и пили. Никто не замышлял страшных убийств, никто не собирался вызывать в город очередного демона...

Вспомнив о Невесте, Джеко еще раз поморщился, затем оставил пиво рядом с фонарем, а сам скрылся в ближайшем переулке, направившись к облюбованному еще прошлой осенью трактиру.

Сегодня внутри заведения оказалось непривычно темно – рассохшиеся ставни были тщательно прикрыты, слегка растрепанные портьеры плотно сдвинуты, а на стенах горели всего несколько масляных ламп, заполнявших длинный зал тоскливыми дрожащими тенями.