Кредо Хамелеона

Надавил чуть сильнее ему на запястье, заставляя ладонь разжаться и, с размаху, всадил в нее стилет.

Граненое лезвие, пробив ладонь насквозь, попало ровно в стык кирпичной кладки.

– А-а-а!!! Бл*ть!!! – завопил пришпиленный к стене мужик. – Ты что творишь, мудила?!! Да я… я…

Я отошел назад, пропуская размашистый удар его второй руки.

– Ладно, спишем это на болевой шок, – согласился я. – А вот кричишь ты слишком громко.

Хлесткий удар, хруст челюсти. Уголовник обмякает, сползая по стеночке. Подпираю его рукой, чтобы не упал.

Берусь за рукоять стилета и пробую переломить загнанное в стену оружие. Трехгранное лезвие даже не погнулось. Хорошая вещь. Выдергиваю стилет из стены, а заодно и из пробитой ладони бородатого ухаря.

От резкой боли, он приходит в себя и, выпучив глаза, начинает вопить. Зажимаю ладонью его бородатый рот и упираю острие стилета к подбородку.

Мужик начинает нервничать еще сильнее. Мычит что-то с зажатым ртом, глазами бешено водит.

– Значит так, – предупреждаю я его тихим вкрадчивым голосом, от которого его пробирает до дрожи в коленках.

Блин, не обмочился бы. – Я сейчас тебе рот отожму, а ты ответишь на мои вопросы. Если вздумаешь орать, то я тебе это шило, – указываю на заточку у его подбородка, – снизу вверх прямо в мозг загоню. Кивни если понял?

Он медленно кивнул и я убрал ладонь.

– Кто тебя послал?

– Да откуда мне знать…

– Неправильный ответ.

Я чуть сильнее надавливаю на рукоять стилета и граненое лезвие вспарывает кожу на шее. Из-под грязной, репейной бороды начинает бежать струйка крови.

– Не надо! Не надо ваше благородие! – сразу завопил бородатый. – Старшой, старшой меня послал! Сказал Кабан его просил вопрос решить.

– Что за Кабан?

– Младший Кабанов. Барон он. Ай, ваше благородие, не дави так! – жалобно заскулил, привставая на цыпочки. – Сказал, какой-то утырок на него наехал, на счетчик поставил. А раз это наша территория, вот мол и сказал, чтобы разобрались.

– Ваша территория? – не понял я, убирая стилет от его горла.

– Ну-да, – активно замотал мужик косматой головой.

– Наша. Кожевинские мы. Да тут весь город поделен между бандами. Ты откуда приехал, ваше благородие, что местных реалий не знаешь?

– Издалека, – уклончиво ответил я.

– Оно и видно, – хмыкнул он.

– И где мне найти этого Кабанова?

– А мне почем знать? Я в дворянские круги не вхож. Эй, эй, погоди! Чего сразу! – заволновался он, когда лезвие заточки мелькнуло и застыло перед его левым глазом. – В ресторане он одном частенько бывает.