Кредо Хамелеона

И теперь, обе сестренки и Люба, разместившись на диванчике, с интересом наблюдали за моими действиями.

Лиза, моя приемная мать, тоже была здесь. Она заняла одно из кресел и с любопытством смотрела на происходящее.

Ну, а я, тем временем, взял лежащие на каминной полке спички и разжог очаг.

Пока пламя жадно пожирало сухие березовые поленья, медленно превращая их в угли, я принялся за каминную обрешетку.

Применив смекалку и немного силы, мне удалось соорудить из нее подобие решетки для гриля.

Обрешетка, конечно, была шире чем проем очага, но я просто повернул ее и засунул боком.

Используя загнутые края в качестве своеобразных ножек, я поместил решетку над огнем. Довольный полученным результатом, поворошил угли кочергой и взялся за сырую кабанью ляжку.

Очаг камина был достаточно широким. Мне удалось запихать в него найденный на кухне огромный окорок. Правда не весь.

Я втиснул на решетку в камине верхнюю часть кабаньей ноги, а ее низ, вместе с копытцем, торчал наружу.

Со стороны это смотрелось, наверное, так, словно какой-то демон из преисподней провалился в дымоход и, застряв в камине, горел в очищающем пламени, высунув одно свое копыто наружу.

Впрочем, я уверен, что такие ассоциации это вызвало только у меня. Вряд ли, кто-то из присутствующих здесь дам встречал хоть раз демона. И уж тем более, вряд ли кто-то из них видел, как эти демоны горят.

Конечно, любой несведущий в таких делах обыватель наверняка удивится – как это твари из преисподней могут гореть? Они же и так порождения Инферно и огонь у них в крови.

Могут. Еще как! Для этого нужно лишь немного сбрызнуть их святой водой.

Да, работа в корпусе Инквизиции, помимо крови и пота, полна курьезных и веселых моментов.

Я вспомнил, как однажды пришлось сжечь демона вместе с небольшим деревенским храмом. Уж больно крупный и сильный попался экземпляр, чтобы пытаться завалить его в одиночку. У меня же тогда не было духа покровителя и плюшек от него.

Ох, и пришлось мне тогда выслушать от отца-настоятеля, оставшегося без молельного места для своей паствы, что он думает, о всем нашем корпусе и лично обо мне.

Помещенное на угли мясо очень скоро дало сок. Капающий с кабаньей ляжки жир, шипел попадая на раскаленные угли, заставляя их шипеть и шкворчать.

Холл наполнился ароматом жаренного мяса.

У моих дам, наблюдавших за моими кулинарными подвигами, потекли слюнки и заурчали животики.