Холодный лич

И не успел он сделать хоть что-то, как его ноги освободили от сетей и быстро связали. Его вытянули из ловушки, крепко сдавливая ноги и приподнимая их вверх. Он уткнулся лицом в каменным пол, в тщетной попытке перевернуться, встать, ударить, сделать хоть что-то. Всё что он смог сделать - это услышать быстрые шаги, и ощутить на черепушке удар чего-то тяжёлого, по ощущению и звуку похожего на здоровенный камень. Удар сопровождался хрустом его черепа. И за первым последовал второй, и третий. Мил беспомощно и тупо вывернул шею, чтобы увидеть ту тварь, что так жестоко и несправедливо с ним обошлась, и в тот же миг, здоровенный камень размозжил ему лицо.

Отправив в небытие.

Ему снилось, словно он огромный. Бредёт внизу горного ущелья, перебирая неторопливо четырьмя лапами. Вокруг кромешная темнота, но он зверь, а звери хорошо видят в темноте. Вот он пробирается в свою берлогу, раньше, когда он приходил сюда без добычи ему всегда было очень голодно, а сейчас... всё равно. Ему не хочется есть, не хочется лакать тёплую кровь своей жертвы.

Ему на это в общем-то наплевать. Единственное, что волнует его, единственное желание, которое сейчас пульсирует в нём - найти своё тело, потому что то тело, что есть у него сейчас - слишком большое, слишком неудобное и непривычное... и в нём гораздо меньше холода. А холод он теперь очень любил, и страстно желал вернуть внутри себя ощущение тотального хлада.

И он пробирался через свою берлогу, по памяти идя туда, где ощущал себя в последний раз как человек, и пусть мёртвый, но всё же тогда он был ещё человек.

И вот он выполз из берлоги с обратной стороны, тут же наткнувшись на место недавнего боя и многочисленные следы, которые вели к его берлоге, а затем поворачивали обратно и уходили далеко за горизонт. На земле осталась от них вытоптанная тропа, от двух десятков ног и волокуш с убитым зверьём, а ещё... они утащили его тело с собой.

От ярости он взревел на всю округу, рык его был страшен и полон гнева. Как только вся буря эмоций выплеснулась наружу, он пошёл по их следам, намереваясь порвать на куски, и добыть своё тело обратно!

Странный был сон.

И ощущал он себя в нём медведем. Мёртвым здоровенным медведем.

"Я точно схожу с ума!" - решил он, когда проснулся.

Глаза его смотрели на каменный свод, где пучками сиял светящийся мох. И сосульки здоровенные весели через раз, только лёд их был покрыт копотью, а это значит, что под этим потолком что-то жгли.

"Наверное костёр.