Седьмой Круг. Свой путь

Обескураженный, панически ухватился Лео за острие, чтоб то не вонзилось ему в ногу, падая. И сильно поранился о бережно заточенное Бьерном лезвие.

Леонард рассёк ладонь. Тонкой струйкой полилась на землю кровь.

– Чтоб тебя! – выругался Лео и отбросил клинок подальше.

– Какая невообразимая досада! – пылко сочувствовал Родрик. – Надо бы вам…

– Сам знаю, – огрызнулся Леонард и ринулся в кузницу.

Потоптавшись на месте, надзиратель засеменил следом.

Завертелся и засуетился Лео, мечась по кузнице из угла в угол.

Тихо ругал он себя и этого идиота, что назойливо увязался, и шлялся за ним по пятам. А кровь всё сбегала. От ладони к локтю, и на пол.

Не найдя нужных ему целительных минералов поблизости, подмастерье вспомнил, что такие могли остаться на складе. Он быстро нашёл ключ и стремглав бросился отпирать им железную дверь. Когда справился, поднял с пола лампу.

– Ты можешь зажечь её побыстрее? – Лео кивком указал Родрику на лампу. – Магией?

– Я? Что?.. – хлопал глазами надзиратель. – Нет, я не…

– Никакого от тебя проку, – фыркнул Лео и побежал на кухню, к камину.

Красная полоска тянулась следом за ним по полу.

Родрик только и успевал вертеть головой и растерянно хлопать глазами.

Бегом Леонард возвратился и сразу же пошёл на склад. В потемках он рыскал, пробираясь глубже, а Родрик стоял на входе, не уверенный, стоит ли ему следовать дальше.

– Здесь довольно тесно, – раздраженно повернулся к нему Лео, когда тот всё же решился пойти за ним. – Я хочу только найти немного порошка фенуэлы.

Понимаешь?

– Ах… понимаю, – виновато ответил надзиратель и попятился обратно. – Никаких проблем.

Свет алхимической лампы разошёлся и Лео издали заметил низенький ящик с нужным ему оттиском на торце. Он лежал в самом конце склада, около шкафа с книгами.

Добравшись до места, Леонард приоткрыл крышку…

Что-то шепнуло ему неразборчиво. Язык этот был незнаком.

Маг поднял глаза и увидел фолиант. Непроницаемо чёрный. Свет, как и прежде, не касался его переплёта.

Лео уже доставал его как-то, чтоб рассмотреть получше.

Но в те разы, стоило только дотронуться ему до книги, как она тут же начинала казаться абсолютно невзрачной и скучной. Тогда он возвращал её на место и в одночасье забывал о её существовании до тех пор, пока снова не приходил сюда за новой порцией учебных томов.

Но теперь фолиант стал другим.

Словно бы ожил, подпрыгивая на полке, сотрясая её и сбрасывая книги рядом. Он курился и коптил, исходясь едкими, мглистыми тенями.