Седьмой Круг. Свой путь

А теперь убирайтесь!

Этим утром Леонард проснулся раньше привычного и забегал по кузнице так, словно его шарахнуло молнией. Через каких-то несколько часов к ним с Бьерном прибудет сам герцог Мордгарда в сопровождении своих лучших боевых магов. И они испытают на прочность заговор, свершённый Лео над щитом из мудреных стальных сплавов.

В работе своей чародей сомневался, хоть предшествующие шесть месяцев только и делал, что усердно корпел над ней. Оттачивал заклинания, выверял их последовательность, донимал Бьерна тысячами вопросов о минералах.

Но срок казался ему совсем ничтожным для сотворения чего-то поистине выдающегося. И теперь он егозил, предвкушая, как искусники разрушительных заклятий – бравые выходцы из академии – разнесут его нелегкий труд одним словом, или вообще, едва на него чихнув.

С тех пор, как удались первые чары Лео, минула вторая зима и второе лето, и мир вновь пребывал в середине переходного цикла. Молодой маг и не заметил, как пролетело время. До сего дня он почти не позволял себе отдыхать, одержимо изучая, занимаясь и заклиная.

Беспрестанно трудился он, нередко жертвуя лишними часами сна, а иногда и упражнений с клинком.

И вот, когда не осталось больше неисполненных обрядов, когда промолвил он над щитом сотню магических слов, когда по всем расчётам Лео сталь пропиталась чарами достаточно, он никак не мог самостоятельно оценить свой труд. День за днём ломал маг над тем голову, пока вдруг Бьерн не додумался обратиться к своему давнему покупателю и, по совместительству, приятелю – герцогу Мордагдскому, – чтоб тот повелел подчиненным ему боевым заклинателям испытать их совместное творение сокрушительным колдовством.

Близился назначенный час, и сердце выплясывало в рваных, тревожных ритмах.

– Ну ты чего разошёлся? – недовольно буркнул разбуженный мастер. – Это ж надо в такую рань греметь!

– Прости, – виновато кинул Лео, собирая разбитый кувшин с пола. – Не могу я. А если…

– Если, не если!.. – ворчал Бьерн.

– Но это ведь сам герцог! А вдруг я провалюсь? Получится, что он потратит своё время в пустую…

– Ой! Да у него этого времени, как вшей у дворовой суки! – махнул рукой кузнец.

– У нас с ними и без тебя, своих дел полно. Всё равно явился бы скоро.

– Но это ты у нас великий, прославленный мастер. А для меня такое впервые…

– Понимаю, – потянулся Бьерн. – Помню, когда папаня проверял мои первые труды, меня тоже нехило колошматило. – Кузнец звонко почесал щетину.