Седьмой Круг. Свой путь

Неслыханная удача явилась ей сегодня, но отрадное пиршество неожиданно кончилось трауром. И только гнёт боязни перед непостижимой силой скрёб теперь душу, и она трепыхалась.

Торговка оторопело закрыла за ним двери, гремя непослушным засовом, и наглухо задернула шторы. До самого вечера не решалась она покинуть лавку.

Но деньги всё-таки решила оставить.

– Вы только поглядите, какой франт! – объявил уже успевший налакаться кузнец, почесывая щетину. – Теперь-то понятно, куда ты запропастился.

Леонард, гордо задрав нос, чванно гарцевал на вороном, лоснящемся в свете Небесного Сердца жеребце.

На нём красовалась новенькая туника цвета северных морей, щегольские серые штаны и великолепные, чешуйчатые, черные сапоги чуть ниже колена, севшие на ногу, как влитые.

– Никак познакомился с нашими торгашами? – подметил Бьерн. – Много денег-то оставил?

– Три золотых за одежду и пять за коня, – отвечал Леонард, несказанно собой довольный.

– Ты что больной? – кузнец поперхнулся. – Нет, нет. Конь твой, без спору, столько и стоит.

Но кто тебе втюхал эти лохмотья за такую грабительскую цену?

– Ну… – Леонард слегка помрачнел. – Остальные вещи в рюкзаке.

– Да хоть бы ты целую телегу приволок!

– Уж простите, – насупился Лео. – Мне про цены никто не рассказывал.

– Вот ведь довольные рожи у этой сволоты пади сейчас! Послала им судьба дурака с деньгами, – шлепнул себя по лбу Бьерн. – Тебе небось Фред золотых насыпал?

– Ага.

– Так ты это брось их налево и направо раскидывать, пока не разобрался что к чему, – Бьерн перестал причитать, припомнив о своей роли мастера.

– Ладно уж. Я понял. Наставлять тебя придется не только в делах кузнечных.

– Было б неплохо, – виновато согласился маг, кое-как спешившись. – Мне бы ещё верхом научиться ездить.

– Тому учи, сему учи, – буркнул кузнец лениво. – Но это ничего. Разберешься ещё. Попроще будет, чем колдовать-то.

Хоть и несдержанной страстью пылал Бьерн к выпивке, но был работящим и дело своё любил. Потому и задумал, не откладывая, здесь и сейчас познакомить Лео поближе с кузницей.

Без лишних формальностей и тошнотной субординации он всучил подмастерью кружку и велел до краёв наполнить её вином, а заодно и подлить ещё мастеру. Самому учтивому и мудрому мастеру, как сказал сам кузнец. И Леонард, немедля, заторопился исполнить своё первое поручение. И был тому несказанно рад.

Когда с задачкой покончил, услужливо подал Бьерну вина и оба, стукнувшись кружками, отправились в неспешную прогулку по кузнице.