Седьмой Круг. Свой путь

– Что-то здесь не чисто, – Сенд презрительно сощурился и лик его обезобразился пуще. – Мы упускаем нечто важное. Как же Бастион?..

– Для северян будет большой ошибкой тревожить это место, – загадочно произнес ректор. – Они страшатся сокрытого там не меньше нас.

– Вы не видели это чудовище. Просто не видели! – Сенд стал расхаживать кругами. – Никому неизвестно, что может твориться в его больном уме!

– В этот раз я не стану отвергать твоих опасений, – задумался старик. – Я отправлю ходатайство в Трибунал.

– Хорошо, – Сенд немного успокоился. – Не хватало ещё, чтоб Таару стали расхаживать по земле.

– Поверь мне, на Мировом Круге найдутся силы и пострашнее Таару, – словно специально проболтался ректор. – Никто в здравом уме не станет нападать на Бастион Скорби. Никто из тех, кто знает, кто знает, какие тайны он хранит…

Сенд остановился, пораженный последними словами ректора, и потерялся где-то среди своих мыслей, но снова вернулся к одной.

Он покинул зал главы академии и ещё долго слонялся по коридорам замка, распугивая одним своим видом снующих повсюду учеников. Назревала война, но поганый мальчишка не выходил из головы. Его снова видели с вместе с могущественным колдуном. Так успел доложить один из агентов перед смертью. Одно лишь опасение снедало теперь его разум, одна лишь загадка. Как и почему могли они быть связаны? Ведущие к ответам нити переплетались неразборчивым комком, всё это не укладывалось в голове.

Но зачем?

Как и прежде, догадки оставались размытыми. Темнота тайн и никаких просветов. Всякое предположение казалось слишком уж смелым и невообразимым. Жадно ему не хватало знания истинного. А долгожданный миг кровожадной его задумки всё отдалялся и отдалялся, но сдаваться он не был намерен.

Даже среди грядущего хаоса битв и разрушений он обязательно найдет его. Он доберется до секретов северного правителя и вскроет их, словно гнойный нарыв. И обязательно убьет, особенно изощренно отправит в Пустоту того, кого приходилось ему когда-то учить. Того, к кому питал он свирепую ненависть с самой первой их встречи. Покуда на то имелись слишком уж веские причины.

Глава 21.